Дар полнолуния

– Ты о чем? – удивился Влад, и я прикусила язык.

Не хотелось в этот сияющий ясный день вспоминать о плохом. Но Влад повернулся ко мне и глубоко заглянул в глаза.

– Котенок, – ласково сказал он, – мы же договорились, что не будет никаких секретов друг от друга! Если тебя что-то тревожит, то лучше сразу это обсудить. Иначе накапливаются все эти недомолвки, намеки, недосказанности, тайные мысли. И это может затемнить наши отношения, нарушить гармонию. Поверь мне на слово! Лучше все сразу обсуждать. О чем ты сейчас так тревожишься?

– Я думаю о… Злате, – тихо ответила я.

 – Хотя это происходит помимо моей воли.

– И что ты о ней думаешь? – уточнил Влад.

Его лицо приняло замкнутое выражение. Я видела, насколько ему неприятны мои слова. Но он сам сказал, что лучше все сразу выяснять до конца.

– Все так странно, – продолжила я. – Даже ее имя. Разве в племени возможно имя Златослава?

Влад стряхнул снег с завалинки и уселся на нее. Я остановилась напротив.

– Ты правильно подметила, – сказал он.

 – Да, все наши имена заканчиваются на «слав» или «слава». Помню, что даже хранитель удивлялся такому имени, как Златослава. Ведь мы по определению не можем славить «злато», то есть золото. Все наши имена прославляют совсем другое. Ярослава – слава Ярило, то есть Солнцу, Ветрослав – слава Ветру, Духослав…

– Слава Духу, – продолжила я.

– Тебе дали на обряде имя Лилислава, – сказал Влад. – И ты знаешь, что наш священный цветок – лилия.

– Мне очень нравится мое новое имя, – с улыбкой ответила я.

– И оно вполне в духе наших традиций. Но Златослава! Как ты знаешь, Злата и ее приемная мать появились в селении невесть откуда. Но мы доброжелательны к своим и приняли их. Злата была тогда совсем крошкой. Старейшины выделили им свободный дом. Но я помню, как-то Венцеслав возмущался «этими новыми именами» и говорил, что таким образом нарушаются традиции племени. Он тогда решил, что Златослава – новообразованное имя.

– Но сейчас мы знаем, что она черная рысь… Вернее, была ей… пока не погибла, – прошептала я.

Влад взял меня за руки. Его лицо приняло участливое выражение.

– Я понимаю, как все это мучает тебя, – сказал он. – Но другого выхода просто не было! Ты все сделала правильно. И лучше постараться забыть.

Я глянула на его помрачневшее лицо и тихо ответила:

– Да, я стараюсь…

Но в глубине души я понимала, насколько это сложно. Если бы я все еще оставалась обычной девушкой, я бы быстрее справилась с собой.