Роза – стервоза. Повесть

Оно будет со мной, должно быть вечно – моё счастливое горе. Горькое счастье. Мне не нужно другого. Я никого больше с тех пор не любила и уверена, что не полюблю. Сердце высохло и наполнилось прахом. Жаль, этого не ведают глаза. При упоминании о Юре они сразу начинают исторгать ручейки слёз, которыми, как известно, горю не поможешь, и я ничего не могу с этим сделать.

– Юра – это твой брат? Что с ним случилось? – Участливо интересовалась Татьяна, гладя моё предплечье, обтянутое голубым в серебряных блёстках трикотажем.

На мне был сценический костюм – голубое балетное трико и голубой с серебряными блёстками спортивный купальник. Мы с однокурсницами только что выступали в одинаковых костюмах на сцене, сооружённой в середине футбольного поля.

– Его убили. Юра мне не брат. Он был моим парнем.

«Тебе не понять, – подумалось мне в тот момент. – У тебя-то наверняка никого нет!»

И, впрямь, какая любовь может быть у этой блёклой особы в застиранной блузке с допотопным костюмом и старушечьих очках?

– Какой… – Начала Татьяна, должно быть, имея в виду ужас, но ей не дали закончить фразу.

– Танька! Вот, ты где! – Резкий мужской голос саданул по ушам, как наждак. – Пойдём, я познакомлю тебя с…

– Подожди, Евгений, сейчас не время, – нетерпеливо отмахнулась Татьяна от довольно высокого, крепкого блондина в футбольной форме.

Я узнала в нём того самого молодого игрока, которому сегодня вручали приз за удачное выступление на каком-то чемпионате. В то время я совсем не интересовалась футболом, не то, что сейчас.

– Евгений Марченко, мой муж, знакомься, Илоночка, – произнесла Татьяна, беря под руку статного парня. – А это Илона, – представила меня она, видимо, лихорадочно соображая, как бы меня охарактеризовать, чтобы не обидеть. – Она у нас будущая балетная прима! – Выдала моя давняя приятельница с гордостью в голосе.

– А что это наша прима глазки описала? – Насмешливо поинтересовался Женька. – Умер что ль кто?

Я разревелась в голос.

– К сожалению, ты прав, Евгений, – заметила она сухо. – У девочки большое горе. Её молодой человек недавно погиб.

Женька залился краской и выдавил из себя:

– Прости, девочка… Я не запомнил твоего имени, к сожалению…

По холодному взгляду Татьяны, уставленному на мужа, я поняла, что кое-кто сегодня крупно поплатится за свою бестактность.