Иван да Марья

– Выбирайтесь оттуда быстрей. – Я велела Лао бросить трос вниз.

Вот землянин уже вне опасности.

– Всю жизнь мечтал пробежаться босиком по Луне. – Подумал кареглазый шахтёр. Он вдруг сел на камни и стянул дымящиеся ботинки с ног, а затем босиком зашагал к вездеходу. Лао вздыхая и причитая, пошёл за ним.

В следующий момент я почувствовала, острую боль от сотен вонзившихся ему в стопы каменных осколков. Я застонала, как будто это я шагала босиком по острым иглам и лезвиям скальных пород. Моментально вокруг меня образовалось сиреневое свечение.

Всё произошло так быстро и вот он уже стоит рядом со мной, поджав одну ногу.

– Сумасшедший, тебе придётся поваляться в лазарете. А пока я обработаю твои стопы спреем и обвяжу бинтами. – Предупредила его я, бросив ему под ноги на каменистую поверхность первое, что попалось под руку – запасной комбинезон.

Я знала, что в салоне вездехода есть укомплектованная аптечка.

Усадив землянина на сиденье, я нашла аптечку и принялась оказывать первую помощь.

– Извини за боль. Я не предполагал, что ты сможешь её почувствовать. – Извинился землянин.

– Наверное, ты не виноват. – Обвязывая его ноги бинтами, подумала я и опять заглянула в его тёплые карие глаза. Моё сердце забилось сильнее от того, что наши глаза встретились.

– Спасибо за помощь. Значит, я тебе очень нравлюсь? – Почувствовал мои эмоции землянин.

– Я ещё не думала над этим. – Я подошла к управляющей панели вездехода и включила автопилот. Затем повернулась к шахтёрам, чтобы видеть их.

– Я знаю, поэтому и спрашиваю. – Смущённо улыбнулся мой собеседник.

– Ты всегда такой болтливый? – Я взглянула на него пристально.

– Нет. Просто я влюбился в тебя. – Он снова заглянул в мои глаза так, словно заглядывал не в них, а в мой мозг.

Я почувствовала необъяснимое чувство радости. Ничего подобного раньше со мной не происходило.

– Может, это просто симпатия? – Пожала я плечами.

– Много лет назад со мной такое уже происходило. Мне было шестнадцать лет. Она жила по соседству и даже не догадывалась, что я в неё влюблён. Потом она переехала жить в другую страну. Я долго мучился и страдал, от того, что не смог рассказать ей о своих чувствах.