Судьба белокрылой

Очутившись на территории хищника, Макалин вновь ощутила чудовищный приступ страха, от которого начала дрожать. Она больше не могла сделать и шага. Эмвор заметил это.

– Макалин видела, как ужасно ведут себя твои дикие собратья и боится, что ты навредишь ей. Подойди сама. Покажи, как встречаешь друга.

– Что?! – испуганно произнесла женщина.

Акариэль поравнялась с ней, понюхала волосы, после осторожно ткнулась носом в лоб. Макалин вздрогнула и заморгала, но осталась стоять, как вкопанная. Затем северная опустила голову ниже.

Она вправду слышала, как трепыхается сердце у лекаря…

Эмвор взял руку Макалин, поднял, и медленно опустил на чешуйчатую белую шею.

Чешуя была гладкая, но не скользкая, приятная на ощупь. А еще она была теплая. Ощущая это тепло, женщина постепенно начала приходить в себя.

– У тебя такая мягкая грудь! – сказала Акари. Макалин сделала глубокий вдох и облегченно рассмеялась. Эмвор улыбался во весь рот, довольный результатом.

– Почему у тебя нет такой мягкой груди? – обратилась она уже к наставнику.

Эмвор тоже засмеялся. Дракон был в недоумении.

– Я расскажу тебе, в чем дело потом, Акари, – ответила лекарь и вытерла рукавом выступившие слезы, – Ты можешь лечь?

– Вот так? – Акариэль легла, подобрав лапы под себя, – Или так? – она упала на бок и растянулась во всю длину.

– Так подойдет, – Макалин вновь начала смеяться не веря тому, что видит.

Как и говорил Эмвор, энергия в ней была заточена огромная и теперь, когда она прошла через свой страх, всё словно выплеснулось таким образом.

Эмвор отечески похлопал её по плечу.

– Давай, успокаивайся. И трогай её уже быстрее, где тебе нужно. Мы пришли сюда помочь Акариэль, не забывай.

– Ладно… Ладно, ты прав, – она села около северной и, не отрывая взгляда от её головы, осторожно коснулась сначала груди, затем верхних ребер на животе.

Чем ближе к хвосту оказывались руки Макалин, тем сильнее вздрагивала Акариэль.

Испуганная, Макалин хотела отстраниться, но Эмвор остановил её. Он с осуждением посмотрел в глаза дракону.

– Макалин, я не злюсь на тебя. Извини, – Акариэль виновато опустила голову, – Но, когда ты трогаешь там, мне становится очень тревожно. Мне совсем не нравится.