Страшные истории

Какое там разобрать, голая она, или волосатая… Главное – чья-то рука!

Никого не было видно, но я уже в ярости – это кто-то из деревенских забрался в баню, так мне казалось…

– Эй, кто там? – грозно спрашиваю я.

Моя подруга напугана, хотя ее никто за зад не трогал. Она пытается меня остановить, но я вырываюсь и влетаю в баню – я намерена схватить негодника, подглядывающего за девушками.

Он стоял возле каменки. Не кто-то из соседей, и не какой-нибудь местный паренек. Вообще НЕ ЧЕЛОВЕК. Высоченный голый старик.

Согнулся в три погибели, но все равно упирается в потолок. Грязное тело облеплено листьями от веника. В руках кадушка с водой, в глазах – гневные искорки.

Его брови хмуро сдвинулись и он дернулся. «Кипятком окатит,» – вспомнила я и машинально отскочила, увернувшись от потока горячей воды. Меня задело совсем чуть-чуть и я выскочила наружу, оглашая пронзительным криком всю Страхолеповку.

Мы подняли на уши половину деревни. Дядька, топивший для нас баню, прибежал первым, а потом и другие соседи.

Они обыскали и парилку, и весь двор, и дом, но никакого старика-великана не нашли.

В ту ночь я едва дождалась рассвета и давно сидела на чемодане, когда наконец нужно было уезжать. Бабушка нам попеняла за наше сумасбродство и сказала, что впредь будем в бане аккуратнее… Вот только с тех пор я в баню ни разу не ходила и в Страхолеповку не ездила.

Призрак в зеркале

Сестра моего деда была одинокой престарелой женщиной. Собственных детей у нее не было, поэтому свою квартиру она завещала мне.

Вот только радовало меня это страшное наследство недолго…

Чертовщина началась почти сразу же. Я никак не могла эту квартиру сдать. Первая семья, которая уже успела заплатить мне задаток, сбежала оттуда через два дня. Интеллигентные и уравновешенные с виду люди заявили, что там обитает полтергейст. Ночью они слышали стоны и шаркающие шаги по коридору. Я вернула им деньги и на этом мы распрощались.

Вторым стал студент местного медицинского института. Даже не знаю, чего в нем было больше – юношеского максимализма, или скепсиса.

Он долго смеялся и отпускал язвительные шуточки, когда я рассказала о предыдущих жильцах… Студент продержался еще меньше. Собрал вещички в первую же ночь. И снова я услышала рассказы о стонах и шагах…

Решили мы нехорошую квартиру освятить. Сказано – сделано. «Теперь то, – подумала я, – духи успокоятся и перестанут пугать жильцов. Но не тут то было. И скоро мне самой пришлось в этом убедиться.