Проклятье из Тридесятого царства

Была зима, уже вечерело и всех друзей с нашей улицы родители позвали домой. Я остался один, меня ведь никто не звал. Ну, и ладно. У меня было важное дело: долепить снеговика. Снег валил такими крупными пушистыми хлопьями… И тут спиной почувствовал чей-то взгляд и когда обернулся, то понял, что не ошибся – я был не один. Позади меня стояла женщина. Хан, она показалась мне самой красивой на свете! Женщина подошла ко мне поближе и спросила: «Филипп, ты, наверное, голоден?». Я подумал, что эта тетя – одна из соседок с нашей улицы.

Я еще забыл упомянуть, что она была шикарно одета, и вообще выглядела отлично: высокая, стройная, в длинном темном пальто и в сапогах на каблуке. Пальто было расстегнуто, и я мог рассмотреть ее красивое фиолетовое платье. Волосы! Они были до самого пояса, такие темные и гладкие. Лицо худое, но не острое, нос прямой, губы в красной помаде, а глаза… как два темных блюдца. Я тогда ничего ей не ответил. Я застеснялся и побежал во двор. Постояв минуты три за калиткой, я вышел, но уже никого не было, а под ногами я увидел сверток. Внутри были конфеты, пирожки и пара яблок. Я все съел прям там. Все, кроме одного яблока. Я отнес его маме. К слову, она не оценила: разрезала на части и подала на стол, как закуску для себя, отца и еще троих друзей. Мне было обидно, я хотел, чтобы она с папой его съели сами. На этом история с тетей не закончилась. Она стала приходить и вручать мне пакеты с едой регулярно. Я ее ждал всегда вечером, когда возле дома зажигался фонарь. Она появлялась, как будто, из неоткуда, как всегда красивая и одетая не по погоде. Но я не мог с ней заговорить, возможно, из-за того, что я в принципе этого не умел. Забегая наперед: когда меня изымали социальные службы, то сказали, что я «социально и педагогически запущен». Всякий раз, когда видел эту женщину, я сразу убегал во двор, ждал за калиткой пять минут и после – забирал пакетик. Потом она стала меня звать: «Филипп, выходи». Но я не сдавался. Ожидания за калиткой стали более длительными, приходилось слушать, как она пытается меня безуспешно выманить. Я воспринимал происходящее, как игру, и поэтому выходить не собирался. Но странно, что она не ждала меня долго, как мне сейчас кажется, это было не более получаса. Не потому ли, что была легко одета? Вряд ли, иначе, как объяснить то, что было дальше. Однажды, в один прекрасный, или не очень, день она не пришла. Не пришла и на следующий. Когда в очередной раз простоял под двором и понял, что она не придет, я заревел.