Прыжок в неизвестность. Черный участок (из рассказов геолога)

Прыжок в неизвестность. Черный участок (из рассказов геолога)

АНАТОЛИЙ МУЗИС

Я смотрел на карту и молчал. Спирин не говорил мне, что срывается план, что работа остается неоконченной, что все равно придется вернуться к этому участку. Это было понятно без лишних слов: участок Климова был центральным, без его материалов повисали в воздухе все исследования, и мои в первую очередь. Надо было закрывать дыру. И вдруг мне стало понятно, что Сирин хочет послать туда меня. Вот почему так испытующе разглядывает меня Дёмушкин, помощник Климова.

ПРЫЖОК В НЕИЗВЕСТНОСТЬ

Глава1

Самолет прилетел утром и сел прямо на косу. Пилот вылез и, подняв летные очки, пошел осматривать «взлетную полосу». Он долго ходил, отшвыривая ногой какие-то незначительные камушки и весь вид его как бы говорил: – «Сесть-то мы сели, а вот как взлетать будем»?

Наконец он кончил осмотр и пошел к самолету.

Векшин прощался с товарищами. Валентин вырвал из альбома рисунок и подарил ему.

Подошла попрощаться и Надежда Николаевна.

– Жаль, – сказала она. – Я думала еще поездить с Вами.

– Мы еще увидимся, – сказал он.

– Я надеюсь на это, – улыбнулась она и спросила: – Вы на меня не сердитесь?

– За что?

– Так, за глупые разговоры.

– Отчего же, – сказал он. – Конечно не сержусь.

– А все-таки жаль, сказала она. – Вот у меня всегда так, предполагаешь одно, а получается другое.

Письма…

Они стояли друг против друга.

Его позвали.

– Ну, до свидания.

Он торопливо пожал ей руку и побежал к самолету и, только когда под крылом все убыстряя ход понеслись камни косы, он вдруг понял: он хотел сказать, что счастье, построенное на разрушении чужой семьи, никогда не может быть ни полным, ни долговечным. Поймет ли она это?

Промелькнули палатки, ему махали руками, потом горизонт покачнулся, земля встала на дыбы, закрыла небо, нацелилась на него пиками вершин, а когда все стало на свое место и тайга и палатки были уже далеко внизу, под крыло самолета медленно подплыла синяя гладь воды.

Векшин оглянулся. Столетов сидел позади него на втором сиденье и широко раскрытыми глазами изумленно смотрел вниз. Векшин улыбнулся и тоже перенес свой взгляд на реку и ее берега.