Уязвимость

И когда всё отмыто, я закрываю на двери массивную задвижку, которую установил мне мастер, и выдыхаю… Всё. Так устала, что не в состоянии поднять рук.

Засыпая, кручу в пальцах изящный хрустальный флакон духов. Он что-то трогает внутри меня. Тонкое, эстетичное, живое… Мне нравится к нему прикасаться.

Но как только я полноценно засыпаю, меня будит настойчивый звонок в дверь. С хныканьем натягиваю халат и плетусь к двери. Кто это может быть? Бросаю взгляд на часы. Шесть тридцать! Зевая, заглядываю в глазок.

Стас…

Открываю дверь.

– Привет.

– Привет, – ходят желваки на его лице. – Почему так долго?

– Шесть тридцать, – пожимаю плечами.

– Я войду?

Ещё не проснувшись полностью, не могу сориентироваться – впустить или нет. Зачем так рано?

– А что случилось?

– Я войду, – аккуратно отодвигает меня в сторону, проходя в квартиру.

Растерянно смотрю ему вслед. Он идёт вглубь, даже не разуваясь. Замерев в проходе в спальню, смотрит на мою кровать. А я смотрю на его профиль, ложась спиной на арку из прихожей в зал.

– Можешь лечь на неё прямо в обуви! – меня накрывает из-за того, что я только что всё перемыла, потратив на это все свои силы, а он так бесцеремонно натоптал здесь, запачкав светлый ковёр грязью. – Меня совсем не обламывает, когда здесь ходят в обуви.

Моя квартира опять изнасилована.

– Извини, – закрывает он глаза, по щекам идут пятна. – Мне показалось, что ты не одна.

Голос срывается. Проходит мимо меня. Возвращается в прихожую, снимает ботинки.

Я иду в зал, сажусь в кресло и закрываю глаза.

– Саша… Посмотри на меня…

С усилием открываю глаза. Под веками ощущение песка, и в голове шумит.

– Саш, у тебя роман?

– Что?

– У тебя другой мужчина? – дрожат его губы.

– Нет… – шепчу я.

– Скажи мне правду, пожалуйста.

– Нет, – сжимаю я ладонью своё горло. От его эмоций мне становится больно внутри. Мне кажется, он никогда не был так открыт со мной.

Опускает глаза.

– Ты извини, что ворвался…

Мне нечего на это сказать, и я просто молчу, тревожно разглядывая его лицо. Он достаёт из кармана пиджака мои перчатки и кладёт на подлокотник кресла.

– А шарф ты забыла не у меня, Саш.

– Да?..

И я вспоминаю, что, действительно, развязывала его в холле фотостудии, когда ждала фотосет.

– Значит, в фотостудии потеряла… – бормочу сама себе.

Прижимается губами к моей оголившейся коленке.