Плата за свободу

– Хорошо, сэр, – у министра отлегло от сердца, – Работодатель, могу я с вами обсудить некоторые предложения, которые я подготовил и хотел бы осуществить, находясь еще на должности министра?

– Говори, какие гадости ты еще придумал. Меня это, в некоторой степени, возбуждает, – радостно произнес Работодатель, – ты на этот счет мастер, я давно заметил. Принудительную эвтаназию и легализацию продажи своих органов еще при жизни – это же ты придумал? Мы всем покажем, что Соединенные Штаты Америки – самая свободная страна! Все будут у нас поголовно проститутками, гомосексуалистами, транссексуалами и наркоманами.

– Работодатель, первое, что я хотел бы сделать – легализовать принудительный ввоз иностранцев.

– Проще говоря, хочешь узаконить ввоз ворованных людей из Латинской Америки и доставку материала к нам, в США? Неплохая идея, одобряю.

– Далее, разрешить продавать тяжелые наркотики в школах и колледжах; узаконить проституцию с 16 лет, и самое главное – создать резервации для тех граждан США, кто не использует все свободы, созданные нашим государством, а именно – кто не употребляет наркотики, кто не участвует в социальной помощи чиновникам, в общем, всем, кто отвергает Новую Свободу и не платит за нее.

– По поводу резерваций надо еще подумать, – после короткой паузы медленно проговорил Работодатель, – а остальное, что ты сейчас предложил – одобряю. Будешь воплощать в жизнь свои идеи, когда станешь Господином Президентом.

– Мои помощники по финансам посчитали, для реализации всех моих предложений в государственном бюджете не хватает средств. Нужно еще как минимум один триллион долларов.

– Хапуги и воры твои финансовые помощники, – видно было, что Работодатель недоволен, – все компании, созданные мной еще в двадцатом веке, до сих пор платят огромные деньги в бюджет США, а этим ненасытным финансистам все мало. Ты думаешь, почему Apple, Microsoft, Exxon Mobil, Lockheed Martin и десятки других монстров просто так, добровольно, за свой счет закрывают дыры в бюджете США? Потому что это мои компании, это я или мой отец, а может даже, мой дед давали деньги эти проходимцам, которые потом смогли развернуться.