Уроборос

Нужного положительного сигнала нет до сих пор. Кроме Бакари Торемун, в научном центре трудился его старший сын, практикант-стажер Суди, демонстрирующий отличные результаты в учебе и работе. Словом, перед глазами Амен всегда были примеры для подражания.

Бакари

– Левее, мой сын, левее и немного ниже, – в спокойном с виду голосе Бакари была слышна настойчивость, – Не дергай рулем так сильно, тебе нужно научиться водить более плавно.

– Он не такой податливый, как на учебном лёте, – Суди отбросил назад длинные светлые волосы, – Там нужно было лишь немного наклонить вперед, а здесь приходиться наваливаться всем телом.

Сам посмотри!

Суди с усилием надавил руками на руль. Лёт отреагировал мгновенно, нос его опустился вниз и машина рванулась в крутое пике. Молодой человек едва успел вскрикнуть, как Бакари вернул машину в горизонтальное положение.

– Конечно, я вижу, Суди, – с тем же невозмутимым спокойствием отреагировал старший Торемун. Голос его был низким и глубоким, но не сказать, что грубым, – Все дело привычки.

Ты получил свои первые права, но по-настоящему водить ты сможешь только после моего разрешения. У тебя недостаточно опыта.

– Да, отец, – Суди плавно припарковался на третьем уровне улицы, после чего поменялся местами с Бакари. Их четырехместный лёт темно-синего цвета, вытянутый словно иголка, взревел всеми тремя двигателями и, резко перестроившись на седьмой уровень Тихой улицы, ринулся вперед.

Седьмой уровень являлся самым скоростным для обычных городских обывателей, здесь совсем не было жилых районов, и тем более зелени.

Редкие прохожие если и встречались, то тут же пропадали из виду. Далеко внизу и позади остался дом Торемун, просторный и комфортный, как прочие человеческие жилища. Впереди же простирался бескрайний и многоуровневый мегаполис. Его улицы парили друг над другом за счет гравитационных сил. Где-то там, где только появлялось на горизонте солнце, была цель отца и сына – Научный космический центр.

– Какое время суток тебе нравится больше, Суди? – Бакари поправил узкие прямоугольные очки.

– Мне больше всего нравятся сумерки, отец. Они дают мне надежду.

– А мне утро. Оно говорит мне, что я еще многое могу сделать для своих близких. Оно дает мне уверенность.

Лёт резко повернул направо и вниз на пятый уровень проспекта Достижений. Из-за активности утреннего движения Бакари пришлось сбросить скорость и машина стала бесшумно сбавлять ход.