Границы памяти

– Твои родители в этой жизни совсем не обязательно должны быть реинкарнациями твоих родителей в предыдущей, – объясняла Варавит. Она взяла горшок с морковными палочками и горшок с горохом. – Каждая инкарнация – это определённая комбинация генов, которую природа повторяет время от времени. Каждый из родителей даёт ребёнку половину своих генов, – она взяла пустой горшок и высыпала туда половину морковных палочек и половину гороха. – А теперь возьмём другую ситуацию, – Варавит достала из шкафа ещё три горшка. – Пусть в одном из этих горшков будет три четверти моркови и одна четверть гороха, а в другом – три четверти гороха и одна четверть моркови.

Фред заинтересованно кивнул.

– Если мы высыпем половину содержимого этих горшков в третий, есть вероятность, что мы получим ту же комбинацию, что и с предыдущим горшком – половина гороха, половина моркови.

– Хм. Звучит просто.

– Только люди не горшки, – Варавит высыпала морковь в одну тару, а горох – в другую. – С людьми всё гораздо сложнее. А совпадения случаются очень редко.

Никто не знает, где и когда родится следующая инкарнация.

– Но ведь моё появление, и Кайрила, и Аммерта, как-то предсказали?

– Да, это можно просчитать. Такими расчётами занимаются эйры. Но это очень сложно! Необходимо отслеживать генетическую матрицу в каждом регионе. Это колоссальные объёмы данных.

– Данные! Ха! Так и представляю себе: эйры сидят за компьютерами… а эти эйры, они как выглядят? Они как духи или джинны? Состоят из воздуха?

– Нет-нет, – засмеялась Варавит.

 – Из плоти и крови. Эйр от слова «айя?р» – «энергия, сила», а не от английского «air».

– Слушайте, уже темнеет. А он ещё дрыхнет. Где работает Аммерт?

– Он – пилот у Цхиру?ты Шу?ха. Розового Куста. Это член городского совета. Он очень богат, – последнее Варавит произнесла вполголоса. – Цхирута Шух очень требователен. Получить у него должность – мечта половины города. Аммерт лезет из кожи вон, чтобы удержаться у него на службе. Ты пойми его.

Последние несколько дней Чхимтосэн кипел, особенно по вечерам, и каждый вечер градус этого кипения становился всё выше.

Фред уже перестал удивляться гостям из параллельных Тари, которые не понимали, утро сейчас или вечер. Иномирцы снимали комнаты в Культе, как туристы, наводняющие курортные городки в сезон. Впрочем, это и были туристы. Сотни и тысячи гостей прибывали в Чхимостэн не ради вернувшегося Инкрима – при всей своей гордости, Фред не позволял себе такой мысли. Они собирались ради праздника.