Под маской моего мужа

Уже подъехал и ждёт. Мне становится неловко и стыдно перед мужем, словно я уезжаю с любовником. Но мы же обо всём поговорили… Он перестал параноить. Всё будет хорошо! Однако чувствую облегчение, что Роман ещё спит и мне не надо смотреть ему в глаза, уходя к Георгу.

Глава 9

Знакомые незнакомые

Заднее сиденье в машине Георга стилизовано под два кожаных кресла со столиком между. В столике углубления, в которых стоят стаканы с кофе. Один для него, второй для меня. Но водитель ведёт так мягко, что думаю, это кофе не разлился бы и без фиксирующих стаканы углублений в столе.

– Георг, Вы больше не забирайте меня, пожалуйста. Достаточно отправить водителя, или я могу спокойно доехать на такси.

– «Ты», – опять поправляет он. – Мне не составило это труда.

– В восемь утра? – со сдержанной улыбкой поднимаю я скептически бровь.

– Я всё ещё просыпаюсь в другом часом поясе. Мой день начинается гораздо раньше.

Задумчиво разглядывает мой профиль.

– Ты стала копией Юлианны. Удивительно… Даже голос.

– Мама была зеленоглазая, а у меня карие, как у отца.

Ухмылка. Опускает глаза.

– Да и губы у меня тоньше.

– Улыбка мамина. Улыбайся чаще.

– Вы близко знали мою маму?

«Тыкать» ему категорически не получается.

– Я знал твою маму, да. Я очень рад, что у тебя её воспитание.

Мне казалось, Георг появился в пространстве отца уже после её смерти. Когда не стало мамы, мне было лет десять…

– А я Вас не помню… Ну… При маме.

– Ты и не можешь меня помнить. С тобой мы познакомились уже позже.

– А откуда Вы знали маму?

– Я работал тогда на человека, который очень интересовался делами твоего отца. Мне в разработку была отдан его близкий круг. Юлианна и ты.

– Оу… – сглатываю я. – Вы должны были нас убить?

– Ну… Я должен был знать о вас всё. Мои обязанности дальше этого не шли.

– Вы следили за нами.

– Да, – ухмыляется. – И это тоже. Времена тогда были такие… Передел сфер влияния.

– И чем это закончилось? – сглатываю я тяжело.

На самом деле я хочу спросить, не он ли тот, кто убил мою мать. Но язык опять не поворачивается. Разве такие вопросы задают в лицо?

– Это не я, Лера. Я бы этого не сделал.

– А кто?

Не отвечает.

– Это был тот человек, на которого Вы работали?

– Нет. Другой.

– За что?

– Я думаю, ты понимаешь.

– За несговорчивость отца?

Молчит.