Безбашенная

И мои поцелуи ровно то же самое, что и было – приятная шалость! Не защищайся от меня, я не нападаю.

Целую его ещё раз. В этот раз отвечает уже спокойным поцелуем.

Тяжело вздыхает, помогая мне раздеться. Недовольно смотрит. Пауза затягивается…

– Какого хе*а ты не остановила его, а? Ты, б*ять, такая нереально мудрая, когда не надо, и так натупила, когда от тебя требовалось одно только слово! Аронов… Зачем он это с вами?..

– Не смей его осуждать, – закрываю тему.

Внутри тяжелеет. Вот поэтому и не хотела идти.

Эта тема в компании вдруг резко накалилась. Все ожидали, что Олег одумается и вернётся. Но он не сделал этого. И всем совершенно по-разному сорвал башню этот его поступок.

Натягиваю улыбку, чтобы не расстраивать их ещё сильнее. Целую в губы красивую Крис.

– С днём рождения, любимая! – отдаю в руки подарок в коробочке и шепчу: – Открывай одна…

Присаживаюсь на диван между Костей и Чеширским. По очереди целую их, прижимаясь к моему горячему Коту, чтобы отогреться после мороза.

– Почему очередь никогда не доходит до меня? – возмущённо предъявляет Вецкий, наливая мне шампанского.

– Потому что ты, Вецкий, заинтересованное лицо! – улыбаюсь ему.

– Можно подумать, Ожников – незаинтересованное! – фыркает он в ответ.

Чеширский сжимает меня крепче и набирает в грудь побольше воздуха, чтобы парировать эти инсинуации, но я опережаю:

– Есть такая игра, Вецкий, «Смотри, но не трогай… трогай, но не пробуй… пробуй, но не глотай…» – играю ему бровями. – Ожникову в кайф в неё играть, тебе – нет.

Вецкий зависает, хмуро разглядывая что-то в своём бокале.

Вернувшись в комнату, Лёха отдаёт мне горячий чай.

– Извини, – одними губами.

Согревшись, дотягиваюсь до пакета с подарками.

– Так как на Старый новый год я вас продинамила…

Раздаривая маленькие презенты, развлекаю народ, придумывая на ходу всякий забавный стёб «почему именно это», пока очередь не доходит до Гоши. Ухмыляясь, достаю очередную коробочку.

– Ничего не приму… – качает он головой и больше не улыбается.

Вецкий созрел до разговора… Аронова больше нет. И ему этот факт снёс башню по-своему.

– Только наедине, Жень, – подтверждает он мои догадки.

Напрягаюсь, чтобы встать, но Ожников придерживает меня.

– Гоша, ты попутал… – в интонациях всегда мирного и весёлого Чеширского наезд.

Вецкий простреливает его взглядом, принимая этот вызов.

– А тебя Аронов как няньку оставил? – злая усмешка.

Ожников начинает вставать.