Трое в кустах, не считая собаки

Я мелкой трусцой устремилась назад к дому, обогнув магазин с торца. У подъезда я вспомнила, что ключи оставила в вечерней сумочке, и позвонила в домофон. Людка открыла почти сразу, и я нырнула в подъезд. В этот самый момент «кожей» почувствовала, что сзади меня кто-то есть. Неуловимое трепетание воздуха или запах перегара? Я попыталась прыгнуть вперед, но сзади меня резко перехватили и зажали рот прокуренной ладонью.

– Сейчас я отпущу тебя, но не вздумай орать, – сурово скомандовал чей-то хриплый голос, и я затихла.

Темнота не способствовала разглядыванию обидчиков, но я поняла, что их минимум двое. Меня толчками сопроводили в сторону лифта. Там у нас имелась кладовка уборщицы, в данный момент она почему-то была приоткрыта. Туда меня и сопроводили. В воздухе запахло групповым изнасилованием, и я сразу стала сражать обидчиков аргументами, при этом почему-то шепотом:

– Послушайте, вы, наверное, обознались. У нас Лариса есть, разведенка, но она в первом подъезде. К ней все ходят.

Типы, в свете, падающем из окошка, казавшиеся великанами, озадачено закряхтели.

– У меня дома Людка. А у нее дружок в тюрьме. Я сейчас не приду, и она полицию вызовет. Вот.

Тут я подумала, что про Людку я сказала совсем некстати. Теперь они решат, что вариант «два на два» вполне себе ничего, затащат меня в квартиру и… Пока я судорожно соображала, что делать, амбалы наконец обрели дар речи. Тот, что был повыше, ожил первым:

– Ты совсем дура? Слыхал, Кукиш, чего она удумала? Нафиг нам твои прелести.

– Каким еще, простите, баблом?

– Заткнись и слушай: твой красавчик Мирон Голубев – наш должник, – раздраженно гаркнул второй детина, которого первый называл Кукишем. – Усекла? Он у нашего хозяина деньги в кредит брал. Просрочка на нем, а он скрывается. Мы его дружка тряхнули, он сказал, как тебя найти. Мол, лямур тужур у вас, живете вместе. Где эта гнида?

– А я откуда знаю? Позвонили бы мне, я бы все рассказала… Что так, мол, и так, не живет он здесь больше.

Второй амбал принялся визгливо хихикать, но суровый товарищ его вмиг осадил:

– Может, мне письмо еще прислать? Твой дружок добегался. Времени ему давали предостаточно. Велено найти тебя и передать Мирону: мол, как бы невеста без уха осталась.

– Я сейчас заору, – пискнула я. – Мне без уха никак. Я учитель…

Все это время Кукиш обыскивал мою сумку и вдруг присвистнул:

– Опа-ча, тут такой подарок. Паспорт Мирона Голубева, права.