Я хочу стать Вампиром…

Он бежал, не оборачиваясь, и так быстро, как мог. Бежал, распахивая одну дверь за другой, до тех пор, пока не распахнул перед собой последние двери. Это был ее любимый момент, а потому Эфрат остановилась, чтобы прислушаться и ощутить этот сладкий запах чистого, ничем не замутненного осознания происходящего. За последними дверями не было ничего, кроме кирпичной стены. Легкая улыбка снова появилась на ее губах, обнажив острые зубы.

Если бы человек мог видеть в темноте, он бы смог рассмотреть, что тут и там кирпич украшают борозды и сколы – следы отчаянных попыток выбраться, которые предпринимает каждое живое существо, когда понимает, что сейчас произойдет.

Все становилось еще хуже, когда человек начинал чувствовать тонкий и сладкий запах гнили, запах засохшей и запекшейся крови вперемешку со все еще стоявшим здесь запахом разлагающейся плоти.

Эфрат молча стояла за его спиной, наблюдая за тем, как он ощупывал стену руками, как будто надеясь, что она превратится во что-то другое.

– Возможно, мне стоит и здесь повесить свой портрет.

Или зеркало. – Она начала медленно приближаться к человеку, который все еще стоял лицом к стене. – Ты прав, нет смысла поворачиваться, ты все равно не сможешь меня разглядеть.

Она подошла к нему вплотную и поставила руки по обеим сторонам от него, так чтобы ее ладони легли поверх его рук.

– Будет больно, но недолго. – С этими словами Эфрат прикоснулась к его шее губами, и медленно приоткрыла рот, чтобы тут же впиться в пульсирующую артерию.

Миг, когда клыки разрывали кожу, был особенно приятным. Это сложно с чем-то сравнить, как и любой другой момент, когда ты перестаешь кем-то притворяться и между тобой и реальностью не остается ничего. Это почти то же самое, что смотреть в глаза бесконечности, черному полотну бездны, мерцающему тысячами и миллионами звезд. Это предрассудок и человеческие суеверия, что вампиры питаются кровью, просто так уж устроен человек, что кровь – седалище его души, за ней-то и охотятся создания ночи.

И тут не так важно, сколько крови им удастся выпить, сколько то, что приходит вместе с ней. Хотя значение самой крови отрицать не стоит, она довольно вкусная.

Еще несколько глотков – и сердце начнет биться реже, прекратить нужно до того, как остановится сердце. Эфрат прижимала его к стене своим телом, а потому он еще держался на ногах, но вот удары сердца стали все и реже, и ей пришлось остановиться, чтобы затем медленно опустить его тело на пол.