Его Луна, или Переговоры с последствиями

Ходжес хорошо помнил, что прибыл в «заданный район» ближе к полудню. Но в сегодняшнем сне было скорее ранее утро. В прошлом, кажется, сгущались сумерки. Грег считал себя непримиримым атеистом и не верил ни в какую загробную жизнь. Но эти сны… От мысли, что Вацлав откуда-то из небытия хочет ему что-то сказать, становилось не по себе. Вот и сейчас Грег лежал проснувшийся в своей огромной кровати, мокрый от внезапно пробившего его пота.

Он четко помнил и все, что было дальше. Вацлава, тихо подошедшего на погрузке, и прошептавшего:

– Я подпишу любые бумаги и принесу любые клятвы, допустите меня к работе с этим артефактами!

Вот оно – научное любопытство, у некоторых берет верх над здравым смыслом.

– А с чего вы взяли, что с ними надо работать? Я представлю все материалы канцлеру. После его решения, подозреваю, останки «Тигра» просто переплавят.

– Сэр, вы меня можете расстрелять прямо сейчас, но вы же сами знаете, какая мощь может храниться в этих останках. Я согласен без права выхода проживать на территории лаборатории, только дайте мне попытаться! Это же такой шанс для человечества, для Интегры!

Вице-канцлер постарался придать своему лицу непонимающее выражение.

На самом деле ему просто уже было интересно, до какой степени может довести человека науки профессиональное любопытство, если у него вот так напрочь отбивает инстинкт самосохранения. Остальная группа, к счастью, никаких признаков сопротивления официальной версии не проявляла.

– Что вы хотите этим сказать? – изображая из себя тупого солдафона, коим он никогда не был, рыкнул Ходжес.

Вацлав огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что даже самый тонкий слух не уловит его голос:

– Сэр, этот… объект, вероятно, похож на названный вами корабль, но уверяю вас: он инопланетного… в смысле, нерукотворного… в смысле, не люди его сделали, – вконец стушевался ученый. – В нем могут быть такие знания, такие технологии, что они перевернут вселенную, – закончил он патетично.

– Меня вселенная вполне устраивает в неперевернутом виде, – жестко ответил Ходжес.

 – Но, пожалуй, Интегре нужны эксклюзивные технологии. Я обсужу это с канцлером, и с вами свяжутся.

Ковалек получил лабораторию и полный карт-бланш уже на следующий день. Радость его, правда, была омрачена утратой друга: один из участников экспедиции все-таки не выдержал и пошел в библиотеку искать информацию об экспериментальном корабле с названием У-378 «Тигр» (запомнил же на свою голову, придурок!).