Она любила убийцу

Двери лифта открылись, запуская в стеклянную кабину тёплый ветер. Мы вышли на парковке, где гелендваген цвета металлик одиноко дожидался своего хозяина.

Максим Леонидович снял сигнализацию и открыл передо мной дверь, я забралась на сидение рядом с водительским. Холодная бежевая кожа была безумно приятна разгорячённому телу. Я вжалась в спинку сидения и закрыла глаза.

– Кажется, я в раю, – не открывая глаз, произнесла вслух.

Максим Леонидович усмехнулся, заводя мотор. Гелендваген плавно двинулся с места.

– Выбираешь холодное кресло гелика вместо стула за барной стойкой? – поддел меня он, смотря на дорогу.

– Что угодно, только не горячее офисное кресло, – улыбнулась я, открывая глаза и снова встречаясь с ним взглядом. Мне стало неловко, и я резко перевела свой на его правую руку.

Кольцо по-прежнему оставалось на правом безымянном пальце. Максим Леонидович заметил, куда я смотрю.

– Просто привык…

Скорее всего, он был в курсе, что сотрудники разнесли слух о его разводе.

Я залилась краской и отвернулась к окну, ничего не ответив.

– Что ты обычно пьёшь?

– Мой самый любимый напиток – это вода, – честно призналась я. Так как к алкоголю была равнодушна.

– А алкогольный?

– Я не пью алкоголь, – пожала плечами я.

– И снова похвально, – выдохнул Максим Леонидович, расстёгивая вторую пуговицу рубашки.

Я быстро вернула бретель на плечо.

Милана закопает меня заживо, если до неё дойдёт слух, что я в пятницу вечером ушла в бар с Максимом Леонидовичем. Она была без ума от босса и даже не скрывала этого, чуть ли не закатила пир, когда узнала, что он развёлся с женой. Вот только привлечь его внимание ей не удавалось. Взгляд его серо-голубых глаз ни разу не упал на глубокое декольте или длинные ноги Миланы, которые открывала чересчур короткая юбка. Зато сейчас этот взгляд то и дело задерживался на моём простом шёлковом платье по щиколотку.

Я слукавлю, если скажу, что мне было неприятно внимание Максима Леонидовича. Но я не планировала влюбляться в своего начальника… Надеюсь, этот вечер не притаил никаких сюрпризов.

Гелендваген остановился возле антикафе «Двенадцать стульев».

– Не бар? – удивилась я.

– Ну раз ты равнодушна к алкоголю, а я за рулём, то будем пить безалкогольный холодный кофе, – Максим Леонидович заехал на полупустую парковку.