Убойная секретарша!

– Только что в нижнем фойе неизвестный мужчина криминальной наружности выхватил у меня папку с документами и скрылся! А охрана говорит, что ничего не видела! Это безобразие, не находите?! Но я уже связалась с полицией и требую немедленно пересмотреть все камеры! Я не могу позволить, чтобы подобное преступление сошло с рук моим завистникам! Хорошо, что я догадалась отложить резюме в портфель и не опоздать!

Я подняла последний к груди и похлопала по нему.

– Вот сюда! Люблю порядок в деталях, знаете ли.

– Простите, но кто вы?

Голос прозвучал серьезный и сухой.

Странно, что он тут делает? Ведь говорили же, что он передал агентство сыну.

Однако же как хорошо, что мне чихать на его регалии и счет в банке. Хоть раз в жизни могу быть сама собой!

Я строго поправила на носу очки и повернулась к мужчине.

– Я? – хлопнула ресницами и мило ему улыбнулась. – Будущий секретарь исполнительного директора «Империал-КУБ», конечно! Гельятина Ветерок. Приятно познакомиться!

– Гильо… Как?

Я отмахнулась, улыбаясь мужчине еще шире.

– Можно просто Геля!

Теперь рты открылись у всех. Даже у азиата.

Воспользовавшись паузой, я прошмыгнула хромой уткой к стеночке и села на свободный стул у края. Только значки в тишине звякнули.

Но, спохватившись, расстегнула портфель, достала резюме (в котором забыла вспомнить о скромности) и, пропрыгав к столу, положила его в самый центр.

– Вот! Сан Саныч сказал, что договорился! – сообщила и вернулась на место.

Села, сложив руки на портфеле.

– Какой еще Сан Саныч? – озадаченно спросил старший Орловский. Но руку протянул и резюме взял. Скорее всего шок спровоцировал.

Я наклонилась на стуле вперед и «жирно» подмигнула главному Боссу. Так, чтобы все увидели.

– Тот самый! – ткнула пальцем вверх.

Довольная собой откинулась на стуле и расправила под портфелем юбку. Посидев и подумав, пока меня продолжали рассматривать, подняла руку и уточнила:

– Забыла сказать! Я согласна пройти кастинг честно! В порядке очереди. Девочки, кто тут крайний?..

Девочки все были первые, особенно одна, которая нетерпеливо встала. Однако мое появление всех озадачило, и пауза молчания затягивалась.