Учитель

– Ты думаешь, я не говорила?! С этой женщиной невозможно разговаривать, как со взрослым человеком. Она дитё малое – деньгами распоряжаться не умеет, постоянно в долгах, хочет шика, блеска и живёт не по средствам. Самое обидное, что случись с ней что, мне придётся рассчитываться с её кредиторами. Тут действительно проще замуж и как ты, – она кинула укоризненный взгляд на Марту. – Только ты со своим мужем на равных, а я оборванка, над которой сжалились. Буду делать, что говорят и не высовываться.

– У тебя не получится, – рассмеялась Марта.

– Так, может, и правда поговорить с этим, как его? – Кристина пару раз щёлкнула пальцами, пытаясь вспомнить имя, которого ей так и не назвали.

– Фридрих, – почти выплюнула Ханна. – О чём мне с ним говорить? Он же буквально снизошёл до меня. Я прям видела, как ему до жути хотелось вернуться к своему паяльнику с резисторами и прочей чепухой.

– Толковый, как видно, парень, – присвистнула Марта.

Кристина кивнула:

– Не богатенький бездельник, живущий на всём готовом.

– Вы что сговорились? – Ханна подскочила на месте.

– Хани, подожди, не злись, – Кристина выставила палец в примирительном жесте. – Ты сказала, что он тоже был не рад затее родителей, но почему? Ты симпатичная и милая. Может быть, он, не успев понять, какая ты по природе своей, тоже попал под власть стереотипов и оценил тебя по матери? Прости, не хочу обижать фрау фон Кольдейн, но парень мог распознать в ней жажду к наживе, а ты её дочь и само собой разумелось…

– Крис, ты на чьей стороне вообще? – недоумевала Ханна.

– Хани, Крис в своей высокохудожественной и крайне многословной манере пытается сказать тебе, что парня надо узнать получше и дать узнать ему тебя. Ты же любознательная. Я вот, к примеру, пока ты не сказала про резисторы, даже слова такого не слышала никогда.

– Я понятия не имею, что это.

– Вот и узнаешь. Назначь ему встречу. Как только ты проявишь интерес к его увлечениям, он откроется тебе с другой стороны и, возможно, даже окажется не таким тощим и прыщавым, – Марта игриво подмигнула.

– Не знаю, – протянула Ханна, задумчиво глядя в стену. Внутри неё явно шла борьба. – А если окажется, что он – чокнутый?

– Тогда у тебя будет серьёзная причина дать ему отставку. Ты ничего не теряешь.

– Ой, девочки, – Ханна, наконец, плюхнулась поперёк кровати, обессилев от наплыва переживаний. – Я подумаю. Но, как так?! – она снова всхлипнула, прикидываясь плачущей. – Он вообще не Фернандо, ни разу! Как его ни крути.