Учитель

 – Как дела? Как отдохнули? Марта, красотка, ты так похорошела за лето! А волосы… Каким шампунем пользуешься? Я бы убила за такие локоны. – Болтушку звали Карен Фром. Она была дочерью владельца деревообрабатывающего комбината. Они стояли на одной ступени лестницы социальной иерархии вместе с Мартой, а потому девушка считала, что они подруги, не интересуясь мнением самой Марты, которая её энтузиазма не разделяла.

– Карен, я только пришла, а ты уже меня утомила. Бросай это дело. Про шампунь позже поговорим. Что по новостям? – Они вместе с Кристиной опустились за свободную парту.

Ханна села со своей постоянной соседкой из не менее бедной аристократической семьи.

– Вам всё расскажет госпожа Дитер, – вступила в разговор высокая худощавая девушка в круглых очках. Её уже который год выбирали старостой класса, а потому она считалась кем-то вроде представителя фрау Мадлен в её отсутствие. Она подтянула очки за душку, машинально проводя рукой по тёмно-русым волосам, собранным в высокий хвост. – Единственное, о чём я могу сообщить – в этом году нашему классу выпал жребий на выпуск школьной газеты.

Нужно избрать редактора, корректора, художника-оформителя, фотографа, если повезёт, и корреспондентов.

– Гретта, ты шутишь, да? – процедила Марта. Все остальные глядели на старосту в недоумении.

– У нас выпуск, экзамены. Какая, к чёрту, газета? – подхватил кто-то.

– Следите за своей речью, Фройляйн Реймс, – послышалось от двери. Все умолкли, смущённые неожиданным приходом классного руководителя и в едином порыве поднялись со своих мест.

Низенькая полноватая дама средних лет в строгом чёрном платье с белым воротом горделиво прошествовала к учительскому столу и опустилась на стул, подавая рукой знак девочкам, чтобы тоже садились.

Мадлен Дитер была хоть и строгой, но доброй женщиной. Школьницы любили её за справедливое отношение, за то, что учительница осознавала чрезмерную строгость порядков школы и могла на свой страх и риск допустить до зачёта кого-то, кого требовалось на время отстранить от занятий или поговорить по душам с девочкой, попавшейся на прогуле без уважительной, по мнению администрации, причине.

– Здравствуйте, мои хорошие, – она приветливо улыбнулась, отчего её лицо округлилось, а карие глаза просияли. – Надеюсь, вы замечательно отдохнули этим летом и будете особенно хорошо работать в учебном году. Вижу, фройляйн Андельштайн просветила вас насчёт газеты. Поверьте, я и сама не рада этому, как и другим переменам текущего года.