Учитель

Из года в год ученицы проявляли чудеса телепортации, особенно когда им требовалось успеть наведаться в столовую, чтобы подкрепить силы после физкультуры, а затем за считаные минуты явиться при полном параде на биологию, кабинет которой находился в противоположном конце здания.

Урока литературы у класса Мадлен Дитер в тот день не было. К сожалению, в расписании следующего дня, вывешенном на стене в холе, он значился, а потому раздосадованная Кристина тихо выругалась, закатив глаза. Теперь втроём с соседками, облачёнными, как и все здесь, в белые рубашки с форменными брошами на шее, тёмно-синие жилетки, такие же синие плиссированные юбки до колен и чёрные туфли на невысоком каблуке, она внимательно изучала стенд с расписанием.

– Кошмар, – протянула Ханна, – нам добавили линейную алгебру. Блин, за что? – она громко простонала. – Я и обычную то не понимала.

– Добавили ещё час химии! – подхватила Марта, – Боже, помоги нам дотянуть до конца этого учебного года, чтобы больше не вспоминать весь ужас, что мы пережили здесь.

Девушки развернулись и зашагали в сторону кабинета, где госпожа Мадлен собирала всех для проведения классного часа. Они почти не обращали внимание на готические интерьеры, которые не казались такими уж пугающими, когда по ним из стороны в сторону текла толпа молодых девушек и учительниц. Несколько лет назад, когда они только оказались в стенах корпуса старшеклассниц, девушки ещё восхищались нервюрными сводами, гладко отполированными аскетичными дубовыми скамейками, расставленными вдоль стен и муляжами копий, мечей и щитов, ритмично вывешенных на расстоянии десяти шагов друг от друга.

– Я люблю школу, – Кристина вдруг ощутила странный прилив нежности, – несмотря на ректоршу, её озабоченного водителя, невкусные котлеты в столовой и библиотекаря, который не даёт за раз вынести больше трёх книг.

– И несмотря на химию с её лабораторными, – вставила Марта.

– И алгебру не забудь, – добавила Ханна. – Тебе дай волю, Крис, ты всю библиотеку за раз вывезешь, и никому ничего не останется. Ограничения ставят для таких как ты сумасшедших книголюбов.

Марта усмехнулась, поглядывая на подруг.

– Можно подумать, кто-то добровольно станет совершать набеги на наше пыльное книгохранилище, кроме Крис.