Доводы нежных чувств

– Нет, – протянула она. – Как бы ни было тяжело, мне нравится то, что мы делаем. Даже больше – я люблю свою работу. К сожалению, мы не волшебники и не всегда получается кого-то вылечить, – голос её обрёл твёрдость. При этом она старалась не встречаться глазами с генералом. – Но всё же я ни на что не променяю свою жизнь.

Оба замолчали. Адалин уже давно высвободилась из объятий Виктора и теперь на смену былой печали пришла неловкость.

– А если я скажу, что люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой? – мужчина сверлил взглядом смущенный профиль.

– Этим вы только всё усложните. Пожалуйста, давайте забудем этот разговор. Я очень хочу сохранить с вами хорошие отношения. Поймите, – она решилась взглянуть на него, – любая девушка почла бы за честь то, что вы предлагаете мне. Но я не смогу просто взять и выкинуть из жизни прожитый опыт и возможность быть полезной людям.

– Ты снова разговариваешь со мной, как с пациентом. Для тебя все равны, не так ли? – он улыбнулся и взял её за руку.

Адалин аккуратно высвободила руку.

– Я не смогу быть одновременно и заботливой женой, и хорошим врачом. Уверена, вы не станете долго это терпеть и поставите мне условия, с которыми я не смогу примириться.

– То есть, будь ты свободна от обязательств, то приняла бы моё предложение? – Виктор приблизился и коснулся ладонью щеки девушки.

– Думаю, не будь я той, кто я есть, вы бы даже не подумали делать предложение простой селянке, генерал, – она была не в силах отвернуться, тогда как мужчина медленно склонялся над ней.

– Просто Виктор, – прошептал он и слегка коснулся губами губ девушки. Адалин резко отвернулась и тяжело задышала. Ей казалось, что лицо её горит огнём от переизбытка чувств. – Не засиживайся долго, Ада, с севера опять ползут подозрительные тучи, – Виктор поднялся, не дожидаясь ответа, и пошёл прочь.

Нельзя сказать, что он никогда не получал отказа от женщин. Строптивых красавиц в его практике встречалось достаточно много и далеко не каждую удавалось укротить. Но здесь было другое. Больше всего мужчину удивила собственная реакция на отказ. Он не ринулся в бой, как делал это раньше, не включил обольстителя. Он просто смирился, осознавая, что ничтожно слаб перед той преградой, которую возвела вокруг себя Адалин.

Он коротко постучал.