Невидимка и (сто) одна неприятность

Прости, Лагранж, но дать тебе сдохнуть в коридоре мне не позволяют зачатки (или остатки, тут как посмотреть) человеколюбия.

Второй – вызвать помощь.

На угрозы я плевать хотела. Хотя в исполнении сына первого мага страны они может быть и не такие беспочвенные, как хотелось бы. Вот только как-то не привыкли мы в Горках бежать со всеми своими проблемами к местному персоналу.

Остается самый дурацкий.

Я вздохнула, закинула тяжелую руку себе на плечо и, помогая себе магией, вздернула бессознательное тело на ноги.

– Ну что, красавчик, к тебе или ко мне?..

Вопрос был риторическим. К нему было бы куда как правильнее, но, к сожалению, я понятия не имела, в какой из комнат мужского крыла проживает мистер Лагранж, а сам он не спешил делиться этой конфиденциальной информацией.

Девушки, которые восхищаются высокими, широкоплечими, мускулистыми парнями, я уверена, никогда не пробовали их в одиночку тащить, иначе восхищения бы поубавилось!

Ох, Лагранж, почему ты не задохлик, вроде Флинна Кармайкла, которого один раз едва не сдуло с башни сильным ветром (и это не преувеличение, а факт)?

Магические подпорки на движущейся конструкции постоянно разваливались, я вся взмокла, волосы мерзко липли ко лбу и убрать их не получалось, по спине неприятно тек пот, дыхания не хватало.

Между вторым и третьим этажом у меня был гигантский соблазн кинуть тушу на пол (он там не сдох еще?) и передохнуть, но я сомневалась, что после этого смогу опять его на себя взвалить.

Давай, Лали, еще одна лестница, два коридора и все.

Я выдохнула и поставила ногу на ступеньку.

Лестница поплыла. На мгновение меня накрыло ощущение абсолютной невесомости, а мир окрасился почему-то в зеленовато-голубоватые тона. Я моргнула и неожиданно осознала, что уже стою наверху.

Так. Это что еще за глюки?

Я обернулась.

Лестница как лестница. Помутнение сознания от перенапряжения?

Лагранж, висящий на мне, шевельнулся, и я чуть не скатилась по этой самой лестнице, едва не потеряв равновесие от неожиданности.

Сгрузив парня на кровать, я испытала гигантское облегчение.

Совершенно напрасно, на самом деле, потому что – а дальше-то с этим мне что делать?

В сознание он так и не пришел, а к холодному поту, и прочим неутешительным симптомам прибавилось еще и затрудненное дыхание.