Невидимка и (сто) одна неприятность

 – И ты не нервничай, – светло-серые глаза с темной окаемкой смотрели прямо на меня.

– Иди на хрен, – с чувством присоединилась я к пожеланию из-за двери и повернулась к шутнику спиной, возвращаясь на прежний курс.

– Все такие ранимые, – хмыкнуло прямо за моей спиной. Я бросила косой взгляд в сторону и убедилась, что парень со мной поравнялся. – Что? Извини, но мне в ту же сторону. Мы знакомы? Я…

– Даниэль Лагранж. Я знаю.

– А ты?..

– Рунная магия, практическая магия, основы магического самоконтроля.

– Э…

– Это занятия, на которых мы пересекаемся.

– Окей, но зовут-то тебя как.

– За три недели в Горках на твоем счету пять драк обычных, три с применением магии, три провокации, два псевдосрыва и бессчетное количество замечаний. Ничего личного, но не желаю иметь с тобой никаких дел. Кстати, тебе туда, – я притормозила, чтобы любезно махнуть в сторону мужского крыла.

– Все седые девочки такие суровые, или это твое, личное? – он вскинул руку, и неожиданно подцепил пальцем прядь моих волос.

Я на мгновение обалдела от такого бесцеремонного вторжения в личное пространство, но ответить ничего не успела.

– Мистер Лагранж, – суровый оклик заставил нас обоих повернуть головы. В нашу сторону направлялась миссис Керлиони, заместитель ректора по воспитательной работе, и ее не по-женски внушительная фигура бросала на стену длинную устрашающую тень. – Вы вообще следите за временем? Вас предупредили в назначенный час быть готовым и стоять у дверей. Машина уже ожидает.

У Даниэля дернулся угол рта, и он выпустил мои волосы. Миссис Керлиони неодобрительно поджала губы, и от острой досады – я не виновата! это не то, что вы подумали! – мне захотелось затопать ногами.

– Прошу прощения, миссис Керлиони. Этого больше не повторится, – голос Лагранжа звучал деревянно.

– Надеюсь. Мисс Хэмптон, вам я бы тоже советовала поторопиться, если не хотите остаться без ужина.

– Да, миссис Керлиони, – я машинально присела, затем выпрямилась и, придерживая рукой сумку, не оборачиваясь поспешила в свою комнату.

Бросить сумку на кровать, повернуться к зеркалу, придирчиво оглядеть внешний вид – темно-синяя форма, ослепительно белый воротничок. Волосы в порядке…

“Седая”!

Я накрутила на палец локон – слишком светлый и бликующий не в золото, как у всех блондинов, а в серебро. Такие же были у моего отца. Правда у него и глаза были красивого серебристого оттенка, а мне достались мамины, почти черные.