Муж мой – враг мой

Эссу Мириам увел троюродный брат, что сидел рядом, герцогиня взяла под руку почтенного тэйра-дядюшку, Сириль упорхнула в сопровождении того самого тэйра, имя которого я никак не могла вспомнить. До меня очередь дошла последней – пока герцог пересек комнату, всех дам уже расхватали и повели, куда велено.

– Надеюсь, вас это не слишком огорчило, – мне пришлось расстаться с салфеткой и вложить пальцы в протянутую руку.

– Что вы, ни капельки, – искренне призналась я, поднимаясь.

Еще бы меня это огорчило! Я устроила переполох, а мне за это ничего не было? Невиданное дело!

Я поторопилась сама себя одернуть – не радоваться надо, Ниса! Плохо! Очень плохо!

Боги, когда я говорю себе, что живу разумом, всякий раз забываю добавить, что матушкиным! И мне-то казалось, что его все еще оставался приличный запас…

А по итогу даже на сутки не хватило.

Занятая самокопанием, я даже не сразу сообразила, что поднять-то меня подняли, а вот вести никуда не ведут. И в опустевшей столовой мы остались вдвоем.

Губы пересохли и сердце провалилось куда-то в желудок, заявляя, что оно отказывается биться в таких условиях, слишком нервно!

Очень хотелось выдернуть руку и увеличить дистанцию – все внутри кричало, что тэйрим непозволительно так вести себя с посторонним мужчиной.

Вот только я теперь не тэйрим, а тэя. А этот мужчина не посторонний, а муж.

– Скажите честно, тэя Нисайем, – внезапно произнес тэйр Алиссандр.

– Честно? – не удержавшись, переспросила я с подозрением.

– Честно, – подтвердил герцог, изучая меня с легкой насмешкой во взгляде.

– Вишни засахаренной, – выдала я, проглотив чуть не сорвавшееся с языка «домой». Но вишня шла вторым номером, правда-правда! – И спать.

На губах мужа мелькнула усмешка.

– Насчет вишни я распоряжусь. Что же касается второго… для этого сначала придется разогнать наших гостей.

– Сделаю все, что смогу, – с достоинством отозвалась я, принимая его.

И снова соврала – все, что могла, я уже сделала! Кто ж виноват, что в замке Страж так оперативно тушат пожары!

Вечерняя лампа под сиреневым абажуром мягко освещала спальню, не слепя усталые глаза. В углах комнаты затаились тени, наблюдающие за мной без глаз – замок Страж не намерен был выпускать подозрительную пришелицу из виду.