Муж мой – враг мой

А до того матушка Рискин обретала на болотах, а еще до того успела побродить по королевству – и быть может, не только нашему, – пока не обзавелась дочерью и не вернулась в родные края с ней на руках.

Она много повидала, и хоть и дорожила безопасностью и сытостью нынешнего своего места, всё равно оставалась истинной ведьмой.

Герцог не желал, чтобы его дочь учили чему-то помимо самоконтроля, и строго следил за этим. Матушка Рискин, хоть и не смела перечить воле благодетеля, умудрялась её обойти.

Не переча.

К слову, именно так я и поняла одну нехитрую истину: если ты нанимаешь мага, он делает, что повелишь, а если нанимаешь ведьму – она делает, что пожелает.

Хвала богам, что я все же не совсем такая, как настоящие ведьмы. Я, все же, живу скорее разумом, чем эмоциями.

Найдя взглядом часы, я вздохнула и потянулась к висящему на удобном расстоянии между креслом и зеркалом шнурку звонка.

Пора было собираться к ужину.

Глава 5

В столовую меня сопроводили под конвоем.

Нет, конечно, я понимаю, что откуда бы мне знать, как туда пройти, так что сопровождение было необходимо. Но не всех же трех горничных разом! Я чувствовала себя на редкость глупо, пока одна указывала дорогу, а две другие вышагивали позади на почтительном расстоянии. Это в замке Страж порядки такие или ко мне особое отношение?

– Ее сиятельство, герцогиня Вейлеронская, – сочно провозгласил дворецкий, и конвой, почтительно присев отстал.

Оказалось, я явилась последней, хотя за временем следила и была уверена, что не опоздала ни на минуту. Под перекрестными взглядами вражеского семейства было зябко и неуютно – лишняя, нежеланная гостья. И доброжелательные маски этого не скрывали.

Впрочем, были и равнодушные. И даже заинтересованные.

В очередной раз коснувшись губами моих пальцев – еще немножко и я, пожалуй, начну привыкать, мурашки будут носиться не хаотично, а организованным строем! – герцог без лишних слов проводил меня на мое место во главе длинного стола, а сам отправился на свое – напротив, далеко-далеко, через стройные ряды серебряных блюд.

Все прочие заняли места согласно положению и заслугам. И из «всех прочих» положение только трех человек всерьез меня волновало.

Вдовствующая герцогиня сидела посередине между мной и сыном. Отец характеризовал ее как даму слегка вздорную, но предприимчивую, и советовал найти общий язык.