Муж мой – враг мой

Я собралась с духом и выпалила выпестованную, бережно подготовленную, прекрасную в своем совершенстве гадость:

– На основании вашей мужской несостоятельности, мой тэйр, и неспособности зачать мне ребенка.

На несколько мгновений мир замер. Тишина стала плотной, осязаемой, от нее заложило уши и перехватило дыхание. А потом пол галереи подо мной вдруг растворился, и я с визгом полетела вниз…

Чтобы угодить в подставленные руки, а на ухо свистящим шепотом прозвучал приговор:

– Ну все, девчонка, ты доигралась.

Глава 1

В свет меня вывозили редко. Это шло на пользу и мне, и свету. Но бал Перелома Года – одно из двух ежегодных событий, присутствие на котором обязательно для всей высшей знати Карлиона, и потому сейчас я приседала в глубоком реверансе перед его величеством Астеем Пятым.

«Спину ровнее! Голову изящнее! Движение грациознее! Взгляд опустить!» – отдавал в моей голове приказы кто-то тоном бывалого полководца, и голос его был до странного похож на голос моей сиятельной матушки.

Сама сиятельная матушка стояла позади, пропустив дочь ради традиционного приветствия его величеству, и я всей кожей ощущала ее напряженное внимание, направленное на меня. Как же, вдруг неудачная дочь сделает что-нибудь непоправимое и навеки опозорит род герцогов Аласских.

Во время нечастого исполнения мной светских обязанностей, она контролировала меня еще плотнее чем обычно, доводя до нервного истощения себя и всё окружение.

Но что толку в контроле, если я всё равно успела улыбнуться?

Улыбка, быстрая, чтобы никто не заметил, и едва уловимая, углами губ, углами глаз – чтобы не перейти границ дозволенного, и я опустила очи долу, как предписывает девицам этикет и склонила голову пред владетелем земель сих.

Я рада видеть вас, ваше величество!

В пятнадцать лет я была официально представлена ко двору, и Астей Пятый показался мне ужасно грозным. Я честно боялась его половину вечера, пока… Пока не вспомнила одинокого гостя, в которого врезалась, улизнув из-под надзора самым недостойным тэйрим образом.

Я, четырнадцатилетняя, тогда стояла и смотрела на мужчину, которого не должно было быть в нашем замке в целом и в этом коридоре так уж точно – мы не ждали гостей, уж родные дети его сиятельства герцога были бы о них предупреждены!

Мужчина смотрелся ровесником тэйру отцу, только казался более грузным, а еще – ужасно суровым! У меня сердце замерло от ужаса и затрепетало, как щенячий хвостик.