Ты – Моё Море

Девушку пришли трахать, а она позу выбирает удобную, в какой ее иметь будут, и заснуть изволила, а то вдруг после умается! Пиздец блин! Шарахнутая на всю голову девица!

Если бы притворялась, Вадик пристрелил бы, наверное. А так, Лора действительно выглядела не ахти. Смертельно бледная и уставшая. Он с порога учуял запах хлорки, так пахло в его детском доме. Ненавидел этот запах до неистового бешенства. Значит, не соврала, действительно убиралась. Но, млять, кто в доме хлоркой моет? Смердящая вонь его поганого детства врезалась в ноздри, заставляя вспоминать то, чего не хотелось.

Вадик прошел на кухню, открыл окно, чтобы хоть немного вдохнуть свежего воздуха. Зазвонил мобильный.

– Да, – стараясь негромко говорить, ответил Север. В этой квартире почему-то не было дверей, только полукруглые дверные проемы в каждую отдельную комнату. То ли новомодный дизайн, то ли ремонт не доделали.

– Вадик, Барин хочет встретиться, – сказал Артур.

– Подождет.

– Уверен?

– Да.

– А тебя сегодня в казино ждать? Есть вопросы.

– Нет. Хотя… не знаю еще.

– Ладно, на связи, ? сказал Артур и отключился.

Руслан Баринов объявился. Это после того, как один из самых первых крупную долю Вадика скоммуниздил, пидор! Как Севера посадили, Барин моментально среагировал и прибрал к рукам нехилую часть его бизнеса. Гнида.

Руслан Баринов является самым крупным сутенером области. Он держит лучших профессиональных эскортных шлюх. Вдобавок у Барина во владениях все модные ночные клубы города, строительная компания и несколько других бизнесов по мелочи. Начинал он на побегушках у бывшего смотрящего по области Феликса, затем стал его правой рукой, а потом частично ушел из криминала, организовав личный бизнес.

Баринову все давалось легко. То же покровительство Феликса. Один из последних настоящих воров в законе всегда помогал Барину. Все косяки прощал и из глубокого дерьма вытаскивал, несмотря на то, какой беспредел творил этот напыщенный урод. А вот Вадик сам пробивал себе дорогу. Собственными кулаками. Зубами выгрызал. Наверное, поэтому люто ненавидел Барина.