Рай в объятиях Беса

 – Хватит мне им глаза колоть!

– Света, я ж тебя за такое…! – раскричался Колесников на весь больничный коридор.

– Ты, дорогой мой, ни хрена мне не сделаешь, – улыбнулась Света и протянула ему документ. – Вот подпись генерального. А против тебя лично думают начать внутреннее расследование. Я уже обо всем договорилась. Полетишь ты, Игорек, с должности, как пить дать! Кто-то обязательно расколется и подтвердит, что это по твоему приказу шепнули заключенным об обвинениях против Панкрата. Угроза жизни обвиняемому на лицо! А так же я докажу, что именно ты его подставил и сфабриковал дело.

– Ты – позорная шлюха, которая сторону меняет, когда вздумается, – орал взбешенный Игорь. – Как тебе с ним спится, Света?

Михеева обдала его уничижительным взглядом с ног до головы и вызывающе скрестила руки на груди.

– Пока ты протирал штаны в офисе и лизал задницу каждому начальнику, я успела стать первоклассным адвокатом.

– То есть тебе плевать, что он девочку изнасиловал? Обо всем забыла, Света, только и можешь, что перед ним ноги раздвигать!

– О, лучше перед ним, чем перед тобой! – хмыкнула она. – С ним хотя бы оргазм обеспечен.

Лицо Колесникова покраснело, он весь затрясся от гнева и замахнулся на нее. Но Витька Глухой, стоявший рядом, тут же среагировал.

– Слышь, прокурор! – свистнул Витя. – Тока попробуй… от тебя даже костюмчика не останется…

Игорь, видимо испугавшись здорового двухметрового парня, быстро вернул себе утраченное самообладание, резко опустил руку и пригрозил указательным пальцем:

– Поплатишься ты, Света! За все мне ответишь, – он развернулся и пулей вылетел из больницы.

– Витя-я-я! – злобно зашипела Михеева. – Вот я об этом и говорила! Ты чего натворил?! Какого хрена ты встрял?!

– Нормальная предъява, мадам прокурор, – удивился ошалевший Витька.

– И что?!

– Так мне бы батя потом легкие через ноздри вырвал… Странные вы, бабы, хрен вас разберешь! – возмущался двухметровый парень. – Вас бьют, а вы, когда плачетесь, а когда добавки просите…

– Витя! – Света закатила глаза от его несмышлености, и, уперев руки в бока, накинулась на него. – Здесь куча свидетелей.