Восход Авроры. Темный час

Слуги подсказали, что ты на встрече в саду, и я хотела найти тебя, чтобы подождать, но заблудилась, а после встретила леди Ришар. Она и рассказала, что ты на встрече с рыцарем-командором, и поэтому я решила подождать вместе с ней.

Это ведь даже не ложь, а истина, которую сказали не полностью. Конечно, еще стоит придумать, о чем же она хотела поговорить с отцом, но король не станет спрашивать, пока они не останутся одни. Это означает, что у нее есть немного времени.

– Вы уже закончили беседу? – осторожно интересуется Аврора.

Нахмурившись, король кивает. Она замечает, что отец не смотрит ни на лорда Ришара, ни на Моргану, что стоит позади нее. Значит, он принял не то решение, которое рассчитывал получить его близкий друг. Но почему? Разве не отец говорил ей, как важно поддерживать друг друга в сложные времена?

Нет. Она не позволит. Все не может закончиться именно так!

– Замечательно! – Похлопав радостно в ладоши, Аврора мягко берет Моргану за руку, заглядывая в глаза отца. – Ты позволишь мне пригласить леди Ришар на полуденный чай, отец? Прошу тебя, позволь!

На лице короля отражается изумление, которое в мгновение ока ему удается побороть.

Непривычно, что дочь столь быстро привязывается к кому-либо. Насколько ему известно, даже среди будущих фрейлин у нее нет близких подруг. Аврора проводит свой досуг либо в одиночестве, либо в обществе служанок, которые просто не могут сказать принцессе «нет».

И тут – бастард рода Ришар.

– Рыцарь-командор как раз собирался возвратиться в Хоукастер.

 – Сложив руки за спиной, король смотрит на своего приближенного через плечо. – Потому нам не стоит его задерживать.

Аврора ощущает, как рука Морганы начинает дрожать. Ее мечты о рыцарском ордене разбиваются на осколки, и все, что ей остается, – вести тихую жизнь незаконнорожденной дочери в пределах Хоукастера, на самой границе Астерии. Дело ли в том, что она рождена вне брака, или же в том, что ее родная мать была гидерийской женщиной, – неважно.

Король принял решение.

И оно оказалось не в ее пользу.

Но Аврора упрямо держится за нее, не позволяя убрать руку.

– Я уверена, что, если ты попросишь, рыцарь-командор любезно согласится задержаться еще немного. Отец, позволь Моргане остаться.

Голос ее в этот момент звучит так, будто принадлежит далеко не восьмилетней девочке. Столько в нем сдержанной власти, что интонации эти больше подходят Селесте, чем юной Авроре. И ведь именно супругу сейчас напоминает Роланду дочь.