Первый Тест На Божественность

– В училище это с первого дня вдалбливают, но пока в бою не побываешь, всё равно не поймёшь. И я не понимал. На секунду растерялся – ты труп. На минуту дисциплина отряда пропала – отряду хана, будь ты хоть трижды мастер спорта и обвешан оружием. Война – это командная игра. А тут… тут я один.

– Тут не война.

– Уверен?

– Иногда не уверен. Но тех, кто так не считает, мы как раз ловим и сажаем.

– Ну, вот и сажай.

Санкт-Петербург, Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова, начало нулевых.

– Да пойми ты, Константин Романович, дорогой! Ну, нет у нас средствОв на такое, просто нет! Ты же сам видишь, что вокруг творится! Эти грёбаные реформаторы взялись за армию всерьёз, и пока они не наиграются, я не могу тратить средствА не по существу.

Не имею права! Последний раз, когда у нас такое затевалось, был сороковой год, и я молюсь всем святым, чтобы в этот раз никакая Германия не решила воспользоваться ситуацией!

– «Не по существу»?

– Вот только не надо этого, полковник. Ты знаешь, что я имел в виду.

В отличие от кабинетных крыс, я не считаю вышедших в запас и на пенсию мусором и помогаю, чем могу, но пойми, тут мои руки связаны. Для этого есть специальные отчисления и фонды.

– Я туда обращался, и не раз, это вам прекрасно известно, как и тот факт, что деньги из этих фондов расходятся по карманам упомянутых вами кабинетных крыс.

– А как насчёт Министерства образования или здравоохранения? Это, скорее, по их профилю.

Волконский поднялся со стула и, вытянувшись по струнке, отдал генералу честь.

– Разрешите идти, товарищ генерал? – голос полковника был предельно нейтрален. Он не позволил себе и тени неуважения к старшему по званию.

– Не разрешаю, мля! Сядь, полковник! – показная отстранённость медика взбесила генерала намного сильнее, чем высказанная ранее наболевшая просьба, с которой он и хотел бы, но никак не мог помочь.

– Как ребёнок, ей-богу.

– Я вёл себя как взрослый весь последний год, и мой запрос остаётся без внимания, а между тем люди калечат себя и своих близких.

Не говоря уже о репутации армии…

– Ты по поводу репутации армии депутатам заливай, ладушки? – прервал говорившего генерал. – Хотя кто тебя к ним пустит, такого, мля, тактичного.

Покопавшись в столе, он выудил пачку «Беломорканала».

– Слушай сюда, полковник, – хозяин кабинета вытащил одну папироску и с энтузиазмом озарения ткнул ею в сидевшего. – Был у меня не так давно один интересный разговор с капелланом нашим.