Первый Тест На Божественность

– Что может быть любопытного в нашем Городке? – разыграл глубокое удивление владелец. Ясенев мысленно поставил галочку: собеседника в первую очередь интересовало, что Иван тут делает, а не то, чем должен интересоваться местный воротила гостиничного бизнеса, т.е. надолго ли гость приехал. Занятно.

– Да вроде как предки мои в здешних краях жили. Вот и захожу, по дороге, на кладбища, поискать – может, имя где сохранилось. Странное у вас кладбище, кстати.

– Есть такое дело. По старинным обычаям в другой мир провожаем, – витийствовать на эту тему хозяин не стал.

 – А имена у нас в реестр записываются, как положено. Так что вам с участковым пообщаться надо. У него и старые документы хранятся. Так просто вряд ли даст посмотреть: он у нас крючкотвор, каких мало. Но ежели поднести…

– Не вопрос! – радостно отозвался схимник. Легенду надо было поддерживать. Тем более что в любом случае посмотреть документы не помешает. – Я ж и сам за красивое слово не работаю. Так как насчёт…? – оттопырил большой палец и мизинец Иван.

– Выбор у нас, сами понимаете, не особо, но есть кое-что, чего нигде больше не предложат, – хозяин покрутил что-то под стойкой и, после непродолжительных манипуляций, поставил перед Иваном стакан, наполненный до половины кристально чистой жидкостью.

– О как! Своя, что ли?

– Терентьевская. Которое уж поколение секрет приготовления хранит. Откушаете, потом сюда, за ней, с другого конца света приезжать будете.

Насколько Иван понял из разговора со Стариком, гнать «слезу» Терентьевы начали не так чтобы очень давно – тем более, по меркам глубокой провинции, где жизнь меняется медленно.

Но маркетинг, как говорится, есть маркетинг.

– Так уж хороша? – Иван мастерски изобразил скепсис горожанина, избалованного «Чинзано» и «Хеннесси». – Ну, давай попробуем.

Напиток был прохладный, и огненная волна пронеслась по пищеводу с секундной задержкой. Дыхание перехватило, но кашлять не хотелось: самогонка была мягкой и действительно кристально чистой.

Судя по вкусу, какую-то травку в неё всё же добавляли, но чувствовалось это на самой грани восприятия. Собственно, практически то же самое ему наливал Старик.

Иван уже собрался похвалить качество исполнения, как почувствовал что-то неладное. Точнее, чувствовал-то он как раз обратное: полное умиротворение и вселенское спокойствие. Осознание того, что всё так, как и должно быть. Что всё под контролем, и, если надо будет что-то сделать, ему скажут.