Исцеление дождем или Просто друг

Через три дня вы можете получить все права на данную модель Гар – 1.

– Спасибо. А… Дмитрий он…

– Он ушел еще до того как вы вышли из робота. Сказал что-то про погоду… кажется, «неделька будет солнечной» или «вся неделя солнечная». Я так и не понял, зачем это…

Дальше я слушать не стала. Подхватив сестренку, села в навигатор и сказала «домой». Заданный маршрут был вбит в программу и навигатор мог из любой точки планеты доставить пассажира, куда тот пожелает. Я была зла, очень зла. То он мне продохнуть не дает, а теперь… бросил! Так стоп! Я не должна так беситься! Набрав номер, вызубренный миллионы раз, я старалась придать своему виду невозмутимости.

– А это ты, – его голос мне показался недовольным и даже раздраженным.

– Привет. А я не знала что ты пилот. Мне казалось, что учусь с врачом. Тебя выгнали из меда или ты решил смыться от нашего хирурга? – Непосредственность, спокойствие!

– Я пилот первого класса. У меня было задание вернуть ценный кадр в ряды военной службы.

– Предатель… – вырвался мой шепот так, что даже я еле услышала.

– Ты что-то сказала? – Девичьи руки исчезли из кадра, зато на голову этого бабника плюхнулась футболка. Похоже, я там мешаю.

– Прощай, говорю! – Почему-то мой палец очень медленно и нехотя шел на сближение с кнопкой «откл».

– Прогноз передавал, солнечную неделю. – Зачем-то сказала рожа на экране и губы прогнулись в пренебрежительной усмешке.

Какая же у меня сестренка тяжелая, а всего-то пять лет! Потушив свет в ее комнате, завалилась на диван перед экраном и, включив музыку, закуталась в рубашку Димки. Он приходил к нам в гости, когда только родителей не стало, а я вскакивала с кровати вся в поту. В те самые первые дни я даже спать отказывалась. Не хотела видеть, груду метала и искалеченное тело мамы.

Дима тогда очень помог. Не знаю почему, но из старого соседа по кабинам пилотов и парты он стал лучиком солнца. Если бы он начал готовить за меня, возится с ничего не помнящей Полинкой я бы тоже, как папа – наложила на себя руки. Но он только подгонял меня, давил и заставлял жить.