Мгновенья. Сборник рассказов

* * *

Много лет прошло с тех пор… Нет, я не горжусь тем поступком: надо было, наверное, признаться во всём, но… что было, то прошло.

Но я обращаюсь ко всем мамам и папам, дедушкам и бабушкам, дядям и тётям, старшим братьям и сёстрам: купите ребёнку мороженое! Даже если этот ребёнок уже с вас ростом, всё равно – купите. Не дешёвое, а то, которое он попросит. Не жалейте денег, ибо они вернутся к вам многократно. А самой лучшей наградой пусть станет для вас счастливая улыбка на милом детском лице и воспоминание о том, как вы сами были ребёнком и любили МОРОЖЕНОЕ.

Глоток

Октябрь. Семь часов вечера, а уже совсем темно, как будто настала ночь. Как сильно убавился световой день… И как же не хочется работать в ночную смену.

Час до электрички. Скоротать его в доме у родителей – правильное решение; от них до станции – одна минута пешком, невозможно опоздать.

Старый дом, в котором я выросла. Люди, которых кто-то свыше назначил быть моей семьёй… Мамин бесконечный монолог, как всегда, ни о чём.

– Будешь кофе?

– Да, мам, буду.

Знала б ты, как он мне надоел! Но без него вырубаюсь, а потому буду… разумеется, буду.

Чёрная, душистая жидкость льётся в небольшую чашку. Я безучастно смотрю на этот процесс. Нет желания не то, что шевелить руками, а даже разговаривать. Но если первое от меня и не требуется, то от второго вряд ли удастся отвертеться: мама не видела меня очень давно, наверное, по-своему соскучилась; мне придётся отвечать на её вопросы: она ведь всё должна знать.

– Сколько сахара сыпать?

– Как будто не знаешь: нисколько.

– И как можно пить такой горький и крепкий кофе?

Молчу в ответ. Терпеть не могу риторических вопросов… О Боже, как же всё раздражает!

– Мне Катька звонила. У неё Родион заболел!

– Плохо…

И зачем я это сказала? Конечно, ничего хорошего в том, что заболел племянник, нет! Но ещё хуже факт моего полного равнодушия к проблеме. Я настолько вымотана, что мне в принципе не может ничего хотеться и никому не могу сочувствовать, и никого не могу жалеть.

Кофе дымится в чашке. Мама что-то рассказывает, стараясь перекричать телевизор. А я словно не слышу и не вижу ничего этого. Я далеко-о-о… Сама не знаю где. Но, к несчастью, а может, и наоборот, женщина, давшая мне жизнь, никогда даже не пыталась меня понять. Как обычно, она не обращает внимания на то, как я реагирую на её бесконечные потоки слов, а потому можно спокойно думать о своём.