Тьма под каблуком

Ладно, поговорю хотя бы с этим неупокоенным. – Говорят, Охотники могут перенимать особенности, усмиренной нечисти. – Зашептала в темноту. – Только я не верю в это. Я вообще Охотника только раз видела и то издали. От них же тьмой разит на несколько метров в округе. – Доверительно прошептала в сторону темноты.

– Дура. – Проскрежетала тьма и что-то тяжелое брякнулось на пол. Помер?

Ааа, только не рядом со мной! Сейчас же неуспокоенная душа появится! Почему я ни одной молитвы не знаю? Да хоть одному богу! Я уже не говорю обо всех небожителях, но хоть одного Творца я должна срочно попросить о помощи!

В храме я была только раз.

Когда какой-то мужик обвинил меня в воровстве и потащил на «суд божий». Я даже не запомнила, где именно была и какому богу жертву оставлять. Там мне руку сунули в кипящую воду, и ждали, когда она сварится, но кожу не пекло и «мясо» осталось сырым. Больше в храмы я не ходила. Зачем? Я все время по миру мотаюсь и даже не знаю где мой родной угол. Смешить, развлекать и ночевать в кибитке актеров – вот моя жизнь.

– Эй. – Обратилась я во тьму. Ноль реакции.

Может мне показалось, что тут кто-то есть? Может мне внезапно одиноко стало, и я говорила со своим воображением? Нерешительно потопталась в чем-то вонючем и двинулась к решетке. Осторожно присела на корточки и, кривясь от брезгливости, стала ощупывать пространство. Руки натыкались на камни, что-то склизкое – фуу, не буду даже пытаться выяснять что это! Ладоньприкоснулась к какой-то ткани, и я уже проворно ощупываю эту тряпку.

Зато и руки вытерла, а вот от запаха не избавилась, жалко.

Пока я пыталась определить, что это за «сокровище» под пальцами, меня схватило что-то холодное и очень сильное. Заверещав хуже бабы в бане, начала второй рукой бить по голове вдруг ожившего зомби. Он же только тянул мою ладонь к себе и вот я уже даже ударить не могу – буквально вжата в прутья, даже хрипеть страшно. До свидания, родители, которые растили меня до шести лет и все те люди, что учили меня. Прощайте птички, цветочки ну и все такое… простите, но предсмертное послание я как-то не успела подготовить.

Мое запястье лизнуло что-то сухое и шершавое в месте, где обычно бьется пульс. А я ведь не загипнотизированная! А тогда…

– Не бойся, дева. – Проскрежетал убиенец, и я почувствовала укус.

Что-то острое мягко проникло через кожу, как нож в масло. Боли и, правда, не было, зато что-то непонятное поднималось из нутрии. Сердце затопил холод, и я увидела «белую пустыню».