Догоняя мечты

Его пухлые губы покусывали губы девушки, и она страстно обвивала его шею, боясь отпустить момент. Дыхание обоих было тяжелым.

– Чаёк! Ребята, ну где вы!? – Бернардо полз вдоль по скале к водопаду, где была пара.

Они рассоединили узы от неожиданной близости его голоса.

– Вот же блин, Берни! – выругался Рэндалл, с силой ударяя кулаками по воде. – Какой чаёк, что тебе надо!

– Чаёк, ребята! – Бернардо даже не слышал всей этой дерзости в свой адрес и, наконец, подобрался к ним вплотную. – Я кричу, кричу! Вы что—глухие? Чем вы тут занимаетесь? Идём, сестренка! Рэнди, чаёк, вперед, Рэнди!

«Сестренка» стало манерой, к которой Бернардо обращался к Анне после того, как она излечила его от боли в желудке однажды.

Только вот сейчас Анна хотела ударить «братика» по голове лопатой за его непроницательность.

– Чаёк ни чаёк! – продолжал злиться Рэндалл, вылезая из воды.

Увидев, как выглядела его «интимная часть» после поцелуя в воде, он резко прикрылся полотенцем.

– Прости за поцелуй, я не могла сдержаться. – Она шуточно опустила глаза.

– Я подумаю! – скривился он, стараясь идти так, чтобы его реакция снизу была незаметна окружающим в долине. А отдыхающих было много. Очень много.

Рэндалл закатил глаза.

– Где твой чаёк, братик? – съерничал он.

– Я тебе не братик, – возразил Бернардо, идя позади. – Я брат Анны.

– Где твой хвалёный чаёк? У меня в горле пересохло.

– От чего?

– Я пел песню!

– Что за песня?

– Про ягоды, Берни. Про ягоды.

Анна расхохоталась.

– Я не знаю такой песни, – подставила парня она.

– Я тоже не знаю, – признался Бернардо. – Спой еще раз.

Рэндалл закашлял.

– Где чаёк, Берн! Не мучай моё горло.

– Тадааа! – Бернардо был горд собой. Он показал на роскошно накрытую скатерть на земле неподалеку, но уже можно было увидеть, как компанию ждал горячий чай, мед, свежеиспеченные лепешки и фрукты, аккуратно порезанные дольками.

– Очарование! – восхитилась Анна.

– Почти. Было. Недавно, – прибавил сквозь зубы Рэндалл и улыбнулся. – А теперь—песня про ягоды!

И он запел какую-то нескладную бессмыслицу, в которой каждые две секунды звучало Ягодка, Ягодка. Все смеялись.

Глава 20

Ночь стояла тихая. Небо было усыпано звездами, и вдалеке звучали гортанные звуки лягушек. Горы утонули в тени, и луна щедро освещала их вершины.