Русская сага

Он был готов верить в Спасителя и во все чудеса, лишь бы то, что он только что ощущал и принимал за сон, оказалось бы явью, реальностью. Он не хотел открывать глаза, повлажневшие от нечаянной слезы…

Сергей Дмитриевич вздохнул и повернул голову к окну. Пробившийся сквозь серую пелену облаков солнечный луч уже соскользнул с его лица, унося с собой нечаянное тепло. В этом, задавленном зимними снегами и непогодой, северном краю такое пробуждение было редкостью. Сергей Дмитриевич смотрел на таявшее за облаками неяркое солнечное пятно и с грустью думал о ничтожности и мимолетности человеческого существования.

Будь в этом существовании хоть малая капля чуда, жизнь бы имела тогда и смысл, и желание продлить ее. «Ах, мама! Уж кому сейчас об этом знать больше, чем тебе!..».

Сухонцев встал. Надев тапки, прошел в ванную комнату. Принимая душ, сбривая двухдневную щетину с лица, чистя прекрасно сохранившиеся зубы, все это время он не переставал думать о случившемся этим утром чудесном знамении. Понимая всю иллюзорность своих предположений, Сергей Дмитриевич никак не хотел расставаться с этим ощущением.

Он хотел, чтобы, вопреки здравому смыслу, явление матери было материальным воплощением.

Телефонный звонок оборвал его размышления. Один из его замов сообщил, что необходимую аппаратуру на полигоне установят к двенадцати часам. Сухонцев с невольным удовлетворением воспринял это известие. Он опять подумал о какой-то силе, не позволившей ему немедленно погрузиться в водоворот дел. Он не хотел расставаться с пережитым чувством, хоть и мистического, но такого реального присутствия матери.

Усевшись за стол, Сергей Дмитриевич раскрыл ноутбук.

Письмо матери он почему-то долго не мог найти. Вместо него ему все время попадался файл с текстом чужого письма. Сергей Дмитриевич было подумал, что вообще не отсканировал письмо матери, но тут же отбросил эту мысль. Он вспомнил, что оно находиться в папке с остальными ее письмами, которые он получал через интернет, когда бывал в командировках. Он решил дочитать письмо:

«…Наверное, Господь уберег меня от искушения преждевременно посвятить Вас в тайну, соединившую меня с Вашей семьей крепче кровного родства.

Так получилось, что все самые значимые моменты моей жизни были связаны с Вашим отцом, Захаром Афанасьевичем и Вашим мужем, Дмитрием Павловичем. Много раз я порывался приехать к Вам и рассказать все, что знаю о самых близких Вам людях. Но мой жизненный опыт и время, в которое мы живем, каждый раз останавливали меня.