Кровные узы. Шрамы прошлого

Нравится мне это или нет, приходится возить с собой много необходимой атрибутики.

– Тебе нравится так жить? Колесить по стране, не имея постоянного жилья.

– Ну да, постоянно видишь что-то новое: живешь в разных местах, пробуешь новую еду, знакомишься с интересными людьми. Радует и сам факт, что меня нигде ничто не удерживает. – Тэрон притормозил и свернул на главную дорогу. Прикидывая, что до города осталось минут тридцать, Мелинда расслабилась. – Я уже давно не могу представить себя постоянным жителем какого-либо города.

– И тебе никогда не надоедает дорога?

– Скорее, дорога меня вдохновляет. Как сказал Ханс Андерсен: «Путешествовать – значит жить». Нереально актуальный девиз для такого долголетнего существа, как вампир. Мне больше ста лет, и в отличие от большинства таких же стариков, я по-прежнему чувствую себя живым.

– Звучит и правда романтично.

– А как тебе твоя новая жизнь? Аллан сказал, ты переехала с севера. Как по мне, довольно резкая смена места жительства.

– Не могу пожаловаться, – ответила девушка, завороженно наблюдая, как за окном проносятся погруженные в закатные краски лесные пейзажи.

 – Я обожаю солнце и жаркий климат.

Внезапно парень рассмеялся, и в этом смехе не было ни намека на ту претенциозную личность, с которой Мелинда была знакома всю последнюю неделю. Смех Тэрона был легким, мягким и заразительным.

– «Обожаю солнце и жаркий климат» – самое жуткое, что я когда-либо слышал от вампира.

Мелинда улыбнулась.

– Обращайся.

– Нет, серьезно, вы точно психи, – покачав головой, пробормотал он.

 – Я вот вообще не могу выносить флоридское пекло, особенно летом. Если в погожий денек я пробуду на солнце пару часов, мне крышка. Кожа начнет жутко чесаться и покроется язвами. Но это еще цветочки, потому что случались моменты, когда у меня разрушались хрящевые ткани. – Тэрон покосился на Мелинду. – Ты когда-нибудь видела, как гниют уши и нос?

Мелинда отвращенно скривилась.

– Фу, конечно же, нет.

– Радуйся, что тебе не передалась вампирская хворь.

– Вампирская хворь?

– Ну, это моя личная интерпретация. Правильнее будет назвать ее щадящей версией болезни Гюнтера или Ксеродермой, но я стараюсь обходиться без заумных терминов. Когда человек обращается в вампира, то в прямом смысле играет в лотерею – рискует заполучить какую-то болячку вместе с долголетием. К огромному счастью, последствия болезни не смертельны: стоит принять кровь, как организм полностью восстанавливается.