Девушка из книги

Кирилл тоже держит в руках бокал с шампанским с таким видом, точно он – король мира, не меньше. Что же касается его внешности… Кир – шатен с выбритыми висками, остальные же волосы зачёсаны назад, но они не длинные. У него орлиный пристальный взгляд, прямой нос и губы, на которых держится еле заметная лёгкая усмешка, и она не может меня не раздражать.

К своему сожалению, приходится признать, что у Кирилла спортивная подкаченная фигура, а также – высокий рост, наверное, примерно как мой. Довершает образ чёрная рубашка, застёгнутая на все пуговицы, и такого же цвета джинсы.

Я – не большой ценитель мужской красоты – вообще не ценитель, – но, рассуждая объективно, я вижу, какое эффектное впечатление он производит. В частности – на глазеющих в его сторону женщин, которые будто бы только и думают о том, как скорее угодить в его постель. Самое главное, что я, одетый в обычные футболку и джинсы, на его фоне ощущаю себя обычным простаком, что не может не задевать собственную гордость.

Сейчас Кир медленно оглядывает присутствующих, очевидно, выискивая свою «жертву», и в какой-то момент останавливает свой взгляд на мне.

Ну, молодец, парень, удачи тебе.

Как бы я ни храбрился, но меня всё равно немного потряхивает. Обстановка абсолютно для меня не привычная, а уж если ещё вспомнить, что именно мы собираемся сделать с Мэри…

Я мигом осушаю бокал и замечаю, что траектория движения Кирилла явно направлена в мою сторону. Значит, сработало?

Он действительно подходит ко мне и говорит вполне обычным будничным тоном, словно мы старые знакомые:

– Немало сегодня собралось народу для игры, не так ли?

– Я здесь впервые, – сдержанно отвечаю я, пожимая плечами, а про себя же ехидно добавляю: «Тебе ли этого не знать?»

К слову, при близком рассмотрении я замечаю, что его глаза ярко-зелёного цвета.

Но, возможно, это просто линзы.

– Решили попытать удачу?

– Ну, да. Говорят, обычно новичкам везёт, – выдаю я известное клише.

– Тут бы я поспорил, – усмехается Кирилл. – Сюда приходят играть такие акулы, что обчистить других до нитки им ничего не стоит.

– А вы к какой категории относитесь? – интересуюсь я с некоторым сарказмом.

– К третьей, – самоуверенно бросает Кирилл. – Я помогаю себе и другим. Только не этим толстосумам, а нормальным людям.

Долгие же у него прелюдии… Переходил бы уже к сути, ей-богу. Но мне надо строить из себя наивного дурачка, иначе этот проходимец явно почует неладное.

– К чему вы клоните? – спрашиваю я.