Мост над черной бездной

Элли и за рулем напоминала балерину, на этот раз – в красной шкатулке.

В дороге Пашка пил пиво, надеясь утихомирить совесть. Через два часа, когда его состояние и вправду слегка улучшилось, кабриолет въехал в Курортный, еще через пятнадцать минут остановился у глухих металлических ворот дома Элли. Она посигналила – ничего не произошло. Она посигналила еще раз.

– Блин. – Элли взъерошила свои пепельные волосы. – Илюша у нас в облаках витает, влюбился в мою падчерицу, с ума сходит.

Створки ворот наконец-то разъехались, машина вкатилась во двор.

Так Паша стал мерзавцем окончательно.

3

Пашина жизнь в доме любовницы давала ему все для того, чтобы чувствовать себя комфортно. Комфортно и более того, ибо ему снова незаслуженно повезло с женщиной, оказавшейся рядом. Это везение было самой большой загадкой в жизни Павла Петровича. Почему такие милые, хорошие женщины выбирали его, было непонятно. Он обещал им одни неприятности, не располагал средствами, честно объяснял, что алкоголик и неудачник, а они все равно пригревали его на своей груди.

Дом Элли поразил Седова изобилием жильцов, причем большинство из них едва вышли из подросткового возраста.

«Хотел сбежать от одного нерожденного ребенка, – усмехнулся про себя Павел Петрович, – а попал в детский сад!»

Он сильно путался в детях, выделив для начала из общей массы молодых загорелых тел – юношеских и девичьих – Наталью, дочь Элли.

Она тоже выделила его, взяв шефство над гостем в своеобразном, так сказать, формате.

– Это мамин знакомый, – представила она Седова немолодой женщине по имени Тамара, исполнявшей роль горничной, официантки и экономки.

– Это мамин бойфренд, – объяснила она нескольким парням, развалившимся на диване в гостиной перед телевизором.

Они были сводными Наташиными братьями и друзьями братьев, приехавшими погостить на курорт. Впрочем, парни предпочитали не оздоравливаться, а болеть за любимую команду с пивом и истошными воплями.

– Это мамина секс-игрушка, – сообщила Наталья девушкам примерно своего возраста, лежавшим у бассейна, – сводным сестрам и подругам.

Лица девушек были наполовину скрыты солнценепроницаемыми очками, в которых отразился Пашка – малюсенький и кривоватый.