Мост над черной бездной

В окнах микроавтобуса виднелись хорошо знакомые лица мажоров, слышались их возмущенные голоса – резкие девичьи и басистые мальчишечьи.

– Павел Петрович, открой нам! – завопила Наталья, увидев мамину секс-игрушку.

Пашка наморщил нос – ее голос просто вонзался в мозг.

Он кивнул прибывшим, ощутив на себе тяжелый взгляд старика. Поднялся в будку охранника. Уже на ступеньках стал догадываться, что Илюша либо отсутствует, либо с ним что-то не ладно. Осторожно, локтем, открыл дверь, вошел и увидел охранника, свернувшегося калачиком на полу.

Опустившись с ним рядом, Паша поискал на крепкой загорелой шее парня яремную вену. Пульсации не ощутил, кожа Ильи была прохладной.

Тем временем за воротами снова засигналили. Паша огляделся, нашел пульт управления механизмом створок и нажал на красную кнопку. Увидев в окно, что створки начали разъезжаться, вернулся к телу.

Илья был одет в штаны цвета хаки и майку-борцовку. Ран и синяков на лице, шее и руках парня не было. Возле ног стоял почти пустой стакан.

Пашка встал на четвереньки и обнюхал его. Стакан пах алкоголем. Благодаря своему алкогольному опыту сыщик легко определил вид напитка: водка. Недорогая, но не паленая. Он заглянул под диванчик охранника, там лежала бутылка местной водки – «Горской». Она была почти полна, парень выпил около пятидесяти граммов.

Седов встал. Прямо перед ним на диване лежал раскрытый томик Шекспира.

… На камни ли подводные направь

Ладью, избитую волнами моря!

Пью за любовь мою!.

.

Прочитав эти три строки, печально усмехнулся, позвонил в полицию и вышел во двор. На ступеньках почти столкнулся с высоким стариком.

– Что тут творится? – спросил тот низким глубоким голосом привыкшего командовать человека.

– И вам – здравствуйте! – ответил Паша.

– Здрасте! – Старик будто ругнулся этим словом. – Ты охранник?

При ближайшем рассмотрении старик не выглядел таким уж старым. Возраст ему прибавляли сутулость и седина, но лицо Перцева не было морщинистым, а глаза сохраняли молодой блеск.

– Павел Седов, – представился отставной сыщик. – Охранник ваш мертв. Самоубийство на почве несчастной любви. Вам, как отцу, я скажу, что Илья был влюблен в Ульяну. О чувствах Ульяны спросите у нее самой.

Не ожидая от Перцева ответа, Паша соскочил со ступенек и направился в спальню Элли – попрощаться. Он делал это из чистой вредности, ибо мог спокойно удалиться и по-английски, Элли бы не обиделась.