Вижу тебя насквозь

Надя скрестила руки на груди, заметив, как метнулся взгляд Геры в вырез её футболки, благо не такой глубокой.

– Давай без этих шуток, – попросила она, – я плачу за своё, а ты за своё.

– Это ты так решила?

– Здравый смысл.

Гера вдруг усмехнулся, подъехал к ней, поставивши между ними тележку. Надя ожидала, что он что-то скажет, но вместо этого Гера начал выкладывать всё из тележки сбрасывая на первый попавшиеся стеллаж, оставив только её товары.

– Что ты делаешь?

– Раз покупаем каждый себе, мне это не нужно.

Он толкнул тележку в сторону, а сам направился в другой отсек магазина.

Наде вдруг стало жутко неудобно. Неужели он всё это для неё покупал? Как не вязалось с его образом, да и вообще неожиданно это было…

Надя всегда питала некую слабость к тем, кого обидела. Даже когда это была и не её вина. Но поступок Геры вдруг превратил его в хмурого ангела прямо на глазах, как бы по-дурацки это не звучало.

– Гера…– она тихо позвала его, но тот быстро удалялся.

Тихо выругавшись, Надя поспешила за ним.

– Гера, – звала она, пока тот не остановился, а Надя замялась в шаге от него.

Тот обернулся, ожидая её слов.

– Извиним, я не подумала… что ты для меня это, и я… мы ничего не обсудили, когда сюда поехали. Нужно было сказать и… в общем…

– Ты будешь мне готовить?

Гера внезапно оказался так близко, что Надя тихо охнула. Он улыбался, так что все её тут извинения показались даже самой Наде смешными.

– Готовить? – переспросила она.

– Мы купим то, что будем, есть вместе.

– Вместе?

– Я плачу, ты готовишь, женщина.

– А, э… ты… – Надя выдохнула, нужно было успокоиться, – придурок ты, Гера.

Вот уж кто умел играть на чувствах других, так это явно он. Наде даже стало неприятно от того, что Гера действительно читает её как открытую книгу.

В этот момент, в сумке, завибрировал её телефон. На дисплее светилось и радостное и в то же время грустное «мама».

– Дорогая, как ты там? Не скучаешь? – голос мамы был ленив и весел, казалось, она только проснулась.

– Нормально, мы сейчас в магазине, – ответила Надя, отворачиваясь от Геры, и направилась к каталке, тот догнал её спустя пару секунд и сам сложил всё обратно.

Ей даже смотреть на него не хотелось.

– Мы? С кем ты?

– С Герой.

– Цветочек, – голос матери внезапно стал строгим, – ты же помнишь, что я тебе говорила?

Конечно, она помнила. И всё было бы легко будь у Геры свой дом, но не тогда, когда они почти двадцать четыре часа в сутки вместе.