У леди Эшби плохое настроение

Супермен удивленно вскинул бровь, даже рот приоткрыл, когда Эмили легла на спину и кое-как пролезла под машину. Хорошо, что она была тощей и без выдающихся округлостей. Правда, в таком положении можно было только посмотреть, а вот работать невозможно.

Но вроде бы повреждений не было. Все целое.

– И долго вы собираетесь мучить меня видом своих обнаженных коленей? – раздался сверху голос.

Супермен соврал. Видел он гораздо больше, чем просто колени. Ее белье так уж точно.

Это Эмили поняла, почувствовав, как сильно задралось чертово платье.

И зачем она только туда полезла? Оттолкнувшись, она выбралась из-под машины, увидев перед собой по-джентльменски протянутую руку. Ухватившись за нее, она быстро поднялась, чувствуя, как ткань скользнула вниз, по бедрам.

И снова этот взгляд, от которого даже кончики пальцев кольнуло от холода.

– Все в порядке, – констатировала она, имея в виду машину.

– А со мной уже нет, – выдал ее новый «знакомый».

Эмили сглотнула.

В голове промелькнула куча фильмов про маньяков на пустой дороге. Мужчина, как будто поняв ее пристальный взгляд, поднял руки в жесте «сдаюсь».

– Не пугайтесь меня, – отчего-то улыбнулся он. – Вы представляете для меня большую опасность, чем я для вас.

Эмили судорожно вздохнула. Неужели в платье она похожа на трансвестита?

– Это еще почему? – спросила она.

Супермен улыбнулся:

– Как вас зовут?

– Э… Эмили Беннет, – запнувшись, ответила Эмили.

– Почему не Лизи? – хмыкнул мужчина.

Что ж, не он первый об этом спрашивал, не он последний, наверное… Так что ответ у Эмили уже был готов:

– Потому что родители не любят «Гордость и предубеждение».

– Понятно, уважаю, – кивнул Супермен. – А меня зовут Марк Вилсон, и вы, наверное, в курсе, где я живу.

Эмили округлила глаза. Так это был тот самый Марк, которого прочили… А впрочем, неважно. Значит, Супермен аристократических кровей.

– Это никак не влияет на то, что вы можете быть маньяком, – закончила она свою мысль.

Марк засмеялся, и от его глубокого тембра по спине Эмили прошелся холодок. Определенно, этот мужчина будоражил, и она не могла взять в толк, почему. На маньяка не похож был. Не сказать, что он обделен женским вниманием, закатанные рукава рубашки демонстрировали чистые локтевые сгибы – не наркоман. Эмили качнула головой.

– Поверьте, Эмили, – он так странно повторил ее имя, будто хотел запомнить.