Только моя малышка

А потом как в тумане: чистка, щемящее чувство одиночества и боязнь мужчин на долгие-долгие годы. Я даже пошла к психологу, чтобы вскрыть гнойник проблемы и перешагнуть через преграду, которую я сама возвела между сильным полом и мной.

А теперь такие новости!

– Я вас поняла… – ответила доктору, чувствуя абсолютную отчужденность.

– Вы можете заморозить яйцеклетки…

Встала, держась за стол, и на негнущихся ногах пошла на выход, а врач не сдавалась:

– Тридцать процентов – это неплохая цифра! Но послушайте, что еще скажут репродуктологи.

Я захлопнула дверь за собой, не желая слышать больше ни слова. И так поняла, что мне нужно беременеть уже вчера!

Встряхнула головой, прогоняя упадническое наваждение.

Тридцать процентов– это прекрасно! Приободрись, Катя. Тем более, это не специалист, который сделал весь спектр анализов, а достаточно злобная дамочка, любящая ужалить побольнее.

Скорее всего она хотела как следует припугнуть потенциальную «старородящую». И пусть у меня давно не было мужчины, есть тысячи вариантов родить для себя.

Существуют центры оплодотворения… Или как их там называют правильно? Я найду выход.

Посетив репродуктолога – милейшую и понимающую женщину, сдав все необходимые анализы и потратив кучу денег, я узнала, что, к сожалению, та дама была удивительно права в оценке процента…

Три дня я штурмовала форумы и поняла одну вещь: донорский материал, который тебе достанется, – настоящая лотерея.

Донор может оказаться носителем генетической болезни или больным на голову. Все эти психологические тесты по Keirsey, творческие задания, записи голоса или анкетные данные бывают чистой воды обманом как со стороны донора, так и банка.

А шанс на успешную искусственную инсеминацию всего двадцать процентов!

Словно свет в конце туннеля мелькнула научная статья. В ней говорилось о том, что шансы на успешную беременность повышаются в два раза, если мужчина изначально нравится женщине и ее привлек запах его тела.