Мышка на прокачку

Но начальство было супербоссом, а потому на мои увещевания не обратило никакого внимания. Цепко, для своего состояния, поймав меня за талию, одним рывком притянул к себе, наклонился, и вот я уже качаюсь на руках гендиректора компании.

Очуметь – не встать! Теперь главное не шевелиться, чтобы не нарушить хрупкий баланс. Идем же! Медленно, но верно!

– Видишь, зря боялась, – Смолов повернулся ко мне, и наши глаза оказались так близко, что я увидела темный обсидиан зрачка во всей красе: я в центре в свете садовых фонарей.

Смотрела бы вечность!

Но засмущалась и отвела глаза, закусила губы и вела себя, как девственница на первом свидании со взрослым опытным мужчиной. Черт! Черт! Черт! Но ничего не могу с собой поделать!

Хотела вырваться, но тут же передумала: Смолов точно упирался бы до последнего и дело кончилось бы плачевно. С пьяными лучше не спорить, потом аккуратно сольюсь…

Я старалась не думать о расстегнутой рубашке, о голом торсе, что и без того стоял перед глазами, но непередаваемый запах «Смолов форева» щекотал ноздри, сбивая с праведного пути.

Когда мы добрались до особняка, дыхание начальника даже не сбилось. Казалось, шеф мог пронести меня вокруг дома еще пятьдесят кругов и даже бы не споткнулся. Если по первОй он немного шатался, то быстро взял себя в руки, и его лишь иногда слегка качало на поворотах.

– Нам нельзя через главный вход! – я понизила голос до доверительного шепота и увидела, что шеф явно находит это забавным: приподнял брови, в глазах смешинки, уголки губ чуть вверх.

– Это еще почему? – во весь голос спросил Смолов, чувствуя себя королем жизни.

– Потому что нам припишут отношения! А не то, что есть на самом деле!

– Никаких служебных романов! – замотал головой Павел, повторяя истину, которую знал назубок каждый сотрудник нашей фирмы. Если парочку ловили за интрижкой, то минимум одного отправляли в другой филиал, а максимум – увольняли. Смолов считал, что ничто так не убивает работоспособность, как любовь в стенах офиса.

– Тогда нам надо через боковую дверь, вон там, видите! – я показала пальцем на темную створку, скромно спрятанную за витой аркой.

Павел дернулся в сторону главного входа, но оттуда послышался заливистый смех кумушек, вышедших подымить. Секунда ступора, и вот мы под мой облегченный вздох двигаемся в сторону скромного запасного пути. Оставалось молиться, чтобы дверь была открыта.