Зверь в отражении. Трилогия в одном томе

Уже давно меня не пьянил алкоголь, женщины не вызывали возбуждения, как раньше, и с каждым прожитым веком становилось только хуже. Моя жизнь стала даже не адом, а каким-то безвременным пространством.

– Потанцуем, красавчик?

Я повернулся на стуле.

Прямо передо мной стояла девушка. На миловидном лице много косметики, а из одежды только узкий топ и короткая юбка. Она покачивалась на каблуках и, кажется, изрядно перебрала. Я собирался отказаться, но подошла Катерина и избавила меня от этого.

– Прости, милочка, но он со мной.

Незнакомка недовольно фыркнула, развернулась и исчезла в толпе веселящейся молодежи.

– Ты как всегда нарасхват, – усмехнулась Рималли и подала знак бармену, чтобы он налил ей того же виски.

– А ты разбиваешь надежды этих девушек в пух и прах, – я поднял свой бокал и, улыбнувшись подопечной, вновь пригубил эту дрянь.

Кэт рассмеялась, наблюдая, как я скривился.

– Да, это явно не тот шотландский виски, о котором ты постоянно твердишь.

– Ты просто не пробовала настоящий виски.

Катерина лучезарно улыбнулась и подняла бокал:

– Так давай выпьем за то время, – а после, взяв меня за руку, потянула за собой в толпу. – Пойдем потанцуем, не будь занудой.

– Ты же знаешь, я не люблю современную музыку.

– Да-да, ты предпочитаешь старомодные тряпки, серенады под окном и бальные танцы, – девушка состроила смешную гримасу. – И ты просто находка, для дамы, которой перевалило за сто пятьдесят.

Я непроизвольно улыбнулся.

Катерина любила веселиться и всегда упрекала меня в том, что я отгораживаюсь от современного мира. Что поделаешь – конфликт поколений. Я был приставлен к принцессе с самого её рождения. Мой долг защищать жизнь Катерины ценой своей. Таков кодекс ликанов, таков мой кодекс.

Почти семь столетий я служу тем, кого в мире людей называют ведьмами и колдунами, а в моём – заклинателями. Ликаны служат их семьям испокон веков. Они и заклинатели связаны нерушимыми узами своих предков – отцы с отцами, сыновья с сыновьями.

У меня всё несколько иначе. Я отличаюсь от других ликанов тем, что бессмертен. На моих глазах из маленькой девочки Катерина превратилась в красивую, умную и талантливую девушку. Я был подле Кэт как старший брат, друг и наставник. А до неё оберегал её дядю. Говоря откровенно, я пережил многих и с болью в сердце вспоминаю о каждом из подопечных. Память и бессмертие – тяжкий крест.