Альтерверс

Это же не акт благотворительности, не так ли?

– Всё верно, – улыбнулся Артём. – Но то, что мы предлагаем в обмен на несколько драгоценностей или ресурсов, поистине бесценно. Сколько стоит билет в новый мир, где не нужно бороться за выживание, где вы сможете начать всё с чистого листа? Конечно, интеграция займёт какое-то время. Но после – вы даже не будете вспоминать о мире, где вас окружала смерть.

Старший посмотрел на Тихона. Тот ничего не сказал, а просто вышел из гостиной. За ним проследовали Егор и Матвей.

– Ступай, – обратился Старший к Артёму, – сегодня тебя положат на матрац в доме, а не на землю в камере. К разговору вернёмся завтра. Мне нужно поговорить со старожилами Просветления. Но твой аппарат я оставлю. Мне нужно доказательство.

– Хорошо, – согласился молодой человек, – тогда я сниму пароль.

Старший не понял, что означает эта фраза. Артём вышел из здания. Его тут же подхватили под руки две брюнетки в лёгких плащах, они, хохоча, увели юношу в один из старых домов.

Оперативники проводили их взглядом.

14

На следующий день большой зал главного здания Просветления преобразился. В середину комнаты поставили круглый стол и четыре стула вокруг. На месте, где идеально бы смотрелся пятый, разместилось кресло Старшего.

Они велели никого не пускать. Вход в здание охраняли трое, а вход непосредственно в гостиную – Тихон и Матвей. Егору и ещё одному плотному мужчине поручили не упускать из виду Артёма. А также не выпускать его из дома.

Старожилы прошли в комнату, каждый сел на своё место.

Совет поселения не собирался слишком давно. Не было должного повода. Об этом ещё с утра Тихон шепнул Матвею. Последний раз они собирались по такому серьёзному поводу больше десяти лет назад.

Старший оглядел свою свиту. Роза спокойно что-то вязала ржавыми спицами из обрывков ткани, которую искусно превратила в клубок.

– Я… даже не знаю, с чего начать, – голос Старшего был уставшим. – Несколько дней назад к воротам Просветления пришёл юноша. Не похожий ни на кого из нас. Манера говорить, одежда, причёска… Всё это как будто из другого мира. Как в итоге и оказалось: из другого мира он сам.