Ребенок для лучшего друга

Иногда мне казалось, что с каждым разом пропасть между участниками нашей компании становилась все шире, все заметнее, но мы все равно упорно продолжали собираться, делиться новостями. Общего между нами практически не осталось. Может, мы лишь цепляемся за уходящую молодость?

В трубке послышались гудки, а затем раздался знакомый голос.

– Катюша?

Ко мне с детства прицепилось это обращение. Я была самой младшей в компании, вот старшие товарищи и называли так ласково, хотя и шутили, что я, как военная установка: если начну стрелять, то цели достигну.

– Степа, народ в чатике беспокоится, вы с Максом куда пропали?

– Уже наши выходные? – в голосе послышалась озадаченность.

Неужели так заработался?

– Да, но я могу написать ребятам, что все переносится, если у вас совсем нет времени.

– Нет-нет! – поспешил ответить он. – Все нормально, успокой ребят, через пару часов отпишусь.

На этом наш разговор мы окончили. Когда я повесила трубку, то еще с минуту сидела и не могла понять, что меня гложет.

Непривычно спокойный тон мужчины настораживал, он будто погрузился глубоко в себя. Но я вообще не припомню Степу в таком состоянии. На моей памяти он всегда был собранным, немного дерзким и ко мне совершенно неприветливым. Нам нравилось вступать в спор, это доставляло обоим огромное удовольствие.

Я отписалась в чате и отправилась домой. Но в груди все равно зрело тревожное чувство. Вот-вот должно произойти что-то страшное. Я чувствовала это на подсознательном уровне.

Через час в нашем чате действительно появилось заветное сообщение.

Степан: «Ребят, все в порядке, в пятницу едем! Все в сборе!»

Но даже это оптимистичное сообщение не поправило мой настрой. Я по-прежнему чувствовала, что нечто должно произойти. Следующие несколько дней я усиленно работала, но отголоски предчувствия все время мешали сосредоточиться.

В двадцать восемь лет я работала участковым педиатром. И свое дело любила до беспамятства. Кроме нее, у меня оставались только родители и друзья. Первые жили далеко, в небольшом северном городке, а с друзьями встречались редко.

Только с Ритой по-настоящему сблизились.

Личная жизнь моя загнулась в тот момент, когда я увидела Макса. Мне тогда было всего двенадцать лет. С тех пор у меня никого не было, кроме одного единственного недоразумения много лет назад. Оно до сих пор тяготило меня и омрачало то светлое и невероятно сильное чувство, которое я испытывала по отношению к Максу.

Только вот парень предпочел красавицу Таисию.