Амбивалентность

 – Зачем же мне рисовать голых мужиков?

После этой фразы интерес окружающих мгновенно усилился, и некоторые стали подходить ближе, крутить головами, чтобы рассмотреть, что держит в руках Ник, почему это оказалось в моей работе и какое имеет отношение к голым мужикам.

– Неужели ты думаешь, будто никто не поймёт, что это твоих рук дело? – Нарочито громко сказала я, чтобы донести до слуха однокурсников этот очевидный факт.

Тогда Ник резко приблизил ко мне лицо, на котором не осталось и намёка на улыбку, и прошептал:

– Они прекрасно это понимают.

– Ох, е-мое! Лера, да мы многого о тебе не знали! – Засмеялся Саша Семенов, успевший перехватить рисунок из рук Ника.

Теперь все столпились вокруг него, стали раздаваться все новые смешки и восклицания:

– Фу, мои глаза! Как это развидеть?

– Я бы на месте Манцева поставил тебе все семь баллов!

– Лерка, только не расстраивайся, что он тебя отверг.

– Лер, а меня нарисуешь? Или ты только по преподавателям?

Все они по-дружески подшучивали надо мной, здесь не было никакой злобы, но я знала: эту шутку мне будут припоминать до конца года. А как теперь ходить на пары по политологии? Однокурсники смотрели на лист бумаги и продолжали всячески выражать свои эмоции по поводу увиденного, в то время как Ник оперся на парту и вперил свой взгляд в меня. Ему хотелось видеть мое негодование, возмущение или хотя бы стыд.

– Катя, а как тебе рисунок твоей подруги? – С вкрадчивым спокойствием поинтересовался Яров.

– Очень… – Помедлила Катя, подбирая слова, – талантливо.

Мне порядком надоело участие в этом цирке, поэтому я сказала подруге, что подожду её в коридоре, собрала вещи и направилась к выходу. Уже возле двери услышала противное хихиканье Марины:

– Похоже, теперь счет 2:1. Ты проигрываешь, Лер.

– Не волнуйся, наверстаю, – бросила я в ответ угрюмо.

Оказавшись наедине, я позволила себе выплеснуть сдерживаемый гнев и ударила носком в стенку. Больно, бесполезно и глупо. Нельзя позволять какому-то идиоту выводить меня из себя. Надо успокоиться. Вдох. Выдох. Ничего такого не произошло. Просто шутка.

Через минуту вышла и Катя, и мы в непривычном молчании направились на следующую пару.

– Неужели ты даже ничего не скажешь? – Не выдержала я, когда тишина становилась гнетущей.