Я тебе объявляю войну, девочка!

Всего долю секунды мне не просто приятно, мне так… словно в затылке что-то взорвалось и теплом стекается прямо в сердце. Это даже не эмоция – взрыв. Взрыв мозга. А потом срабатывает критическое мышление, где факты свидетельствуют в пользу того, что истинная причина его визита мне ой как не понравится.

– Ты для этого меня сюда упёк? Чтобы «спасти»? Серьёзно? – усмехаюсь холодно. – Уходи, пожалуйста. Ты меня раздражаешь.

Вадим кривит губы в подобии улыбки, любовно пробегаясь по решётке длинными, ухоженными пальцами.

– Ты как-то мягко обозначила своё ко мне отношение. Даже обидно стало, я так стараюсь. Ладно, перейдём к делу… – Он вдруг сжимает руку в кулак вокруг стального прута, возвращая лицу обычное хищное выражение. – У меня предложение. А у тебя только иллюзия выбора. Но спросить, приличия ради, обязан. Две недели в вонючей клетке с отбросами общества или одна ночь в моём доме? Что скажешь?

Тут и думать нечего.

– Катись к чёрту, Злобин.

По дьявольскому непроницаемому взгляду понимаю, что ничего другого он и не ждал. Это ещё не конец, только разгон к конечной цели. То, что Вадим так настойчиво предлагает сейчас, мне не по карману. Я к такому не готова, даже ради свободы и чистой постели. Я совершенно не понимаю, чего он на самом деле от меня хочет и что с этим делать.

– Поправка, Светлячок, сексом мы заниматься не будем, – от его мягкого, обволакивающего тона выступает холодный пот на спине.

Я, кажется, поняла. Он просто больной на голову.

– Ты… Ты… ты ненормальный. С тобой опасно одним воздухом дышать! Держись от меня и моей вонючей клетки подальше! – произношу, впиваясь настороженным взглядом в улыбающегося Вадима.

На этом нашей встрече пора бы и завершиться. Если бы не странный блеск в серых глазах, захвативший моё внимание полностью.

Расплата за рассеянность наступает незамедлительно. Резко выкинув руку вперёд, он ловит меня за запястье, дёргает на себя и держит крепко, не давая вырваться.

От Вадима приятно пахнет, чем-то свежим, колючим, морозным. Тусклый свет лампы удлиняет тень его густых ресниц, полностью скрывая выражение рассматривающих меня глаз. Такой успешный, такой приятный снаружи.

И такой гнилой внутри.

– Твоя сестра сегодня осталась совсем без присмотра.